Горящие глаза • elitniy.ru

Горящие глаза

Людей, «горящих» идеей, немного. Большинство – обыватели, массовка, те, кто «просто»: просто занимаются, просто увлекаются, просто посещают. Фаната видно сразу: кроме сверкающих глаз, верная примета – готов говорить о любимом деле часами! БОГДАН КУРИЛКО именно такой, влюбленный в Годзю рю карате до, человек. Мы встретились с Богданом в его клубе, чтобы лично расспросить про один из самых жестких видов карате и узнать, как случилось так, что для советского мальчика увлечение восточными единоборствами стало делом жизни.

БОГДАН КУРИЛКО
6 дан Окинава Годзю рю каратэ до, официальный личный ученик патриарха школы Морио Хигаонна Сэнсея, член президиума Федерации карате России, основатель и руководитель клуба боевых искусств «ТЕНГУ»

Богдан, расскажите, с чего началось увлечение карате?
Мой отец был высокопоставленным чиновником сначала ЦК ВЛКСМ, потом ЦК партии. Он безоговорочно верил в светлое коммунистическое будущее и считал, что все равны, поэтому школу для меня специально не выбирал и отдал в ближайшую. Эта школа оказалась, говоря современным языком, совершенно маргинальной. И до 4-го класса меня в ней ежедневно били, и били очень крепко. После 4-го класса мои родители все-таки увидели всю «картинку» происходящего, видимо поняли, что дальше так нельзя, и перевели меня в другую школу и отдали заниматься самбо в спортивное общество «Буревестник».
Через какое-то время отец попал в Японию, где его деловой партнер, узнав, что у него есть сын, дарит книгу. Это было издание с шикарными цветными фотографиями, полностью на японском языке, и только на обложке красными буквами было крупно написано по-английски KARATE. Это было одно из самых полных изданий Масутацу Оямы про Кёкусинкай карате. И эта глянцевая обложка, цветные фотографии произвели на меня огромное впечатление. Я «заболел» карате.
Вскоре мне повезло, и я попал в один из филиалов школы СЭНЭ. Там у меня и было первое карате. Правда, вскоре в стране начался запрет на этот вид единоборств, и мы стали заниматься им в подвалах. К кому я только не попадал в то время! Помню самый экстремальный вариант – тренировки у одного только освободившегося рецидивиста. Он собрал вокруг себя группу пацанов 13-15 лет. В пыльном подвале, на листе ламината, мы тренировались, разминались, потом обязательно дрались и все вместе шли пить портвейн и слушать байки про то, как здорово жить на зоне. Между тем, я увлекся ушу, а после перестройки стало модным кунфу по видеокассетам. И я во всем этом искал что-то для себя. В 1990 году приятель подарил мне кассету с фильмом BBC про молодого Морио Хигаонна. Я увидел настоящего мастера. Максимальная плавность, перетекающая в максимальную жесткость! Взрыв! Расслабление. В этом фильме я нашел все, что искал в единоборствах!
Это как первая любовь – с первого взгляда и без вариантов. Вскоре в России прошел первый семинар, и открылось представительство Всемирной Федерации. И сразу с 1993 года я начал заниматься Годзю рю, и до сих пор занимаюсь только им.

Вы назвали очень много стилей единоборств. А в чем различие между ними?
На мой взгляд, отличие состоит в трех вещах. Первое – дистанция. У всех она разная. К примеру, борец всегда будет лезть поближе, а представитель школы Сётокана – издали «расстреливать» своего противника. Дистанция определяет второе отличие – стратегию. Потому что ближний бой и дальний бой по стратегии абсолютно разные. И, наконец, третье и самое главное отличие – движок! Его формирует стратегия. Если мы говорим про Годзю рю, то это ближняя дистанция, крепкая «рукопашка», причем полный ее арсенал: можно бить руками, ногами, выводить из равновесия, бросать. Необходимо находить силы для ударов и бросков, сохранять равновесие и контролировать противника. И можно увидеть, что в основе Годзю рю стоит ката Санчин – фундаментальный комплекс Годзю рю, цель которого научить тело найти такую двигательную матрицу на очень ближней дистанции, чтобы победить соперника, при этом сохранив равновесие и не упав самому.

Есть такое понятие, как «удар карате». Он не похож ни на удар в классическом боксе, ни в тайском боксе. Есть мнение, что его очень сложно натренировать. Что это за удар?
То, что удар карате сложно натренировать, – это чушь. Прелесть карате в том, что это грамотно методически проработанная школа. По сути, ката сан чин учит управлению своим телом иначе. Что значит иначе? В карате есть понятие «кокучи». И говорят, что пока кокучи нет, ты мышцами работаешь, когда кокучи есть, тебе мышцы не нужны. Чтобы понять, что такое кокучи, представьте, что у вас внизу живота есть болт, к которому из каждой части тела, из каждого миллиметра, натянуты тросики. Вот у обычного человека эти тросики не натянуты – он весь такой гуттаперчевый. И чтобы ударить, ему нужно задействовать целую группу мышц. И он, понимая это, начинает мышцы развивать и качать. Потом наступает период старения, и, как бы он ни старался, мышцы начинают деградировать. И обладая огромным опытом в 50-60 лет и выйдя против 25-летнего противника, мы увидим, что молодым противником он будет уничтожен просто на одной кондиции. А азиаты говорят, что если этот условный болт закрутить, то можно добиться синергичной работы всего тела, а не отдельных групп мышц. Это именно то, чему учит Санчин. Такая проработка тела занимает 2, максимум 3 года. И это не значит, что человек через 3 года приступает к изучению карате, это значит, что через 3 года он может ударить. И ударить правильно.

Сейчас большую популярность получила система смешанных боевых искусств – MMA. Насколько я знаю, представители традиционных школ восточных единоборств не участвуют в боях MMA?
ММА – это удел исключительно профессионалов. Бойцы ММА – это гладиаторы современного времени, которые готовы тренироваться в запредельном режиме и рисковать своим здоровьем, потому что это их работа, которую они выбрали осознанно. А вот сегодняшний мир традиционных единоборств – это мир любителей, у которых другие цели в жизни и другие источники заработка. Им такой формат соревнований просто не нужен.

Есть еще такое понятие, как «набивка». Кто-то набивает руку, кто-то плечо, кто-то накатывает. Есть даже мнение о том, что китайцы используют специальные мази, убивающие нервные окончания.
Набивка — это диалог со своим телом. Причем очень спокойный. Это как в бодибилдинге, когда человек изо дня в день жмет штангу, тело начинает «защищаться» – наращивать нужные мышцы. К примеру, если тыльной стороной ладони ударить сильно, то будет очень больно. А если долго потихоньку ее набивать, то надкостница нарастает, кровеносные сосуды и нервные окончания уходят глубже, и получается очень удобная поверхность для всякого рода ударных воздействий. Главное, чтобы это была постепенная и спокойная работа с постепенным наращиванием воздействия на набиваемую поверхность.