Жизнь после «бронзы» • elitniy.ru

Жизнь после «бронзы»

Жизнь после «бронзы»

О бронзовой медали ярославца Ильи Бурова на Олимпийских играх в Корее написали все городские СМИ. Такое внимание прессы было вполне оправдано, ведь у лыжной акробатики нет бешеной популярности хоккея или изящества фигурного катания, но вместе с тем это самый настоящий спорт, где из-за любой расслабленности человек рискует жизнью. Поэтому «бронза» Ильи и его тренера Александра Николаевича Понгильского – это заслуженный успех за тяжелейший и не всегда по достоинству оцененный труд.

Корея осталась в истории. Что для вас стало самым сложным после завершения Олимпиады?
Илья Буров: Для меня самым сложным стало внимание корреспондентов, но к этому надо привыкать, ведь общение с прессой – часть нашей работы, и нам надо продвигать свой спорт, везде о нем рассказывать.
Александр Понгильский: У меня наоборот. Я вообще легок на подъем. Я больше за Илью переживал, потому что еще не успели закончиться соревнования на Играх и пройти награждения, а уже начались звонки от прессы с вопросами, где мы находимся и когда нас встречать. Еще был один интересный случай. Когда я подходил к автобусу, чтобы уехать в Олимпийскую деревню, мне позвонила девушка из какого-то издания и спросила:

– Александр Николаевич, мы знаем, что вы были тренером Ильи Бурова…
Я стою, слушаю ее и думаю: так, что-то странное творится – то ли я умер, то ли какие-то перестановки произошли с тех пор, как я спустился с соревнований, а девушка тем временем не дает мне опомниться и продолжает:
— А вы знаете, что он сейчас на Олимпиаде в Корее занял третье место?
Я говорю:
— Да неужели? Передавайте ему огромный привет!
А девушка тут же отвечает:
— Мы бы хотели взять у вас интервью. Вы сами-то где сейчас находитесь?
— В Корее вообще-то?
— Да? А не на Олимпиаде случайно?

После Олимпиады в Рио был момент, когда начали популяризировать женский гандбол, пошли трансляции, начали пиарить спортсменок. Как думаете, насколько изменится популярность вашего вида спорта после Олимпиады в Корее?
АП: Со своей стороны мы сделаем все возможное. Если нашу олимпийскую команду куда-то приглашают, мы не отказываемся и общаемся и с прессой, и с болельщиками. Другое дело, что многое будет зависеть от региональных руководителей и Министерства спорта, насколько они будут заинтересованы в продвижении лыжной акробатики. Нужно учитывать, что следующая Олимпиада пройдет в Китае, а там лыжная акробатика считается первым номером среди всех зимних видов спорта. Так что конкуренция будет огромная. Кроме того, есть предложение разыгрывать еще медаль в командном зачете. Это будет интересно.

Учитывая скандал с допингом, насколько процедура допинг-контроля в Пхенчхане отличалась от таких же процедур на других соревнованиях?
ИБ: До соревнований в самой деревне у меня не брали допинг, а вот после соревнований была обычная допинг-процедура.

После Олимпийской «бронзы» вас стали узнавать в лицо? Были ли курьезные моменты, когда вас с кем-то путали?
Да, буквально недавно на хоккее, на видеокубе, показали моего брата Максима, но сказали, что это я. В итоге к нему подошли болельщики за автографом, но ему пришлось отправить их ко мне. А в целом мне сложно сказать насчет своей популярности. Я пешком редко по улицам хожу, чаще на машине езжу.

Жизнь после «бронзы»

Когда вы сделали свою первую татуировку?
После Сочинской Олимпиады я сделал тату в виде олимпийских колец и факела. Набивали в Ярославле, за 4 часа только управились. А вторую татуировку сделал перед Олимпиадой в Корее, на ней изображен медведь, как символ Ярославской области и символ России.

Новую татуировку не собираетесь делать?
Да, совсем скоро планирую еще что-то сделать.

Чем вас удивила Южная Корея в бытовом и соревновательном плане?
Корейскую кухню я даже не попробовал, кушал в столовой в олимпийской деревне, где давали привычную для нас еду. А вот местная погода удивила. По рассказам ребят, в прошлом году тут был сильнейший ветер, но на соревнованиях – практически штиль. Зато была настоящая борьба, все шли плотно друг к другу. Я давно не испытывал таких эмоций, когда малейшая ошибка выбивает спортсмена из борьбы.

Получается, главное — крепкие нервы? Ведь можно быть королем тренировок и проваливать турниры.
Действительно, очень важны нервы и опыт. Первая, Сочинская, Олимпиада для меня была более эмоциональной, а вот в Корее я чувствовал себя спокойнее. Хотя какое-то волнение тоже присутствовало, ставки очень высоки. Четыре года подготовки, и за один неудачный старт можно все потерять. Я много работал на тренировках, настраивался, понимая, что надо собраться и сделать решающий шаг.

Насколько важную роль в вашем виде спорта играют габариты?
ИБ: Конечно. Чем больше вес, тем выше риск травмироваться при приземлении.
АП: Спортсмену с высоким ростом сложнее вращать тело в воздухе. Соответственно, физические данные у него должны быть гораздо выше, чем у человека небольшого роста. Широкоплечим же спортсменам нужно постоянно следить за весом. Представьте, человек разгоняется со скоростью почти 70 км/час и взлетает на высоту 4-этажного дома, и после этого ему надо приземлиться, встав на ноги. Нагрузка на коленные суставы и голеностоп – огромная. При малейшей недоработке можно получить травму, поэтому вес играет важную роль.

Вес Ильи тоже приходится контролировать?
Конечно, приходится. Как-то на сборах в Америке у нашего товарища по команде был день рождения, и он угощал всех чаем с тортиками. Илья тоже потянулся за тортом, но я запретил. Он даже обиделся на меня и ушел. Но потом понял, что все было не напрасно.

Есть еще какие-то запреты?
Больших запретов нет, но, если, например, он идет поиграть в баскетбол, я предупреждаю: «Аккуратнее, лучше постой в защите, но не лезь в атаку, чтобы тебе по ногам не ударили и весь наш труд не пошел прахом». Ведь ребята молодые, азартные, везде стараются победить, лезут вперед, адреналин кипит, они хотят выиграть любой ценой. А нам глупые травмы ни к чему.

Илья, вам всего 26 лет, и у вас уже двое детей. Как их появление изменило ваш характер?
ИБ: Думаю, я не особо изменился.
АП: Он изменился. Может, со стороны не видно, но он стал гораздо более вдумчивым, понимает, что уже не один.

В спорт детей отдадите?
ИБ: Они пока маленькие, но думаю, что отдадим в спорт. А сейчас я хочу их обеспечить, поставить на ноги и уделить им внимание, которого они были лишены, пока я был на тренировках и соревнованиях.

Жизнь после «бронзы»

Как проходит ваш день перед стартами, можете расслабиться и послушать музыку?
Да, как раз перед Олимпиадой я слушал музыку жанра Drum & Bass, а так я меломан.

Как отреагировали на то, что медаль теперь ваша?
Честно, я всем говорю, что произнес одно слово, не самое цензурное. Так описал всю эту ситуацию – конечно, был большой шок!

С занявшим первое место украинцем Александром Абраменко не общались. Как у него дела?
Все нормально! Его душевно приняли, встретили. Так-то спорт вне политики.

Как у вас с иностранным языком?
Честно, пока никак, но есть желание его выучить. Постепенно по паре слов прибавляется, но чтобы плотно им заняться, такого пока нет.

Александр Николаевич, расскажите о ярославских спортсменах. Кто вместе с Ильей представлял нашу страну на Играх в Корее?
Помимо Ильи, выступал его младший брат Максим, который в этом сезоне выиграл престижную награду «Хрустальный глобус» общего Кубка мира. В команду еще входит Паша Кротов, он, как и Илья, тоже молодой отец. На Олимпиаде он стал четвертым. (Уже после интервью ярославские мужчины фристайлисты заняли все призовые места на заключительном этапе Кубка России по фристайлу, а Павел Кротов стал обладателем главного приза – прим авт.). Кроме того, есть Станислав Никитин, который уже становился третьим на Этапе Кубка мира. А для сестры Стаса Любови Никитиной эта Олимпиада была первой, на ней она заняла 7-е место, но уже после Игр победила на Юниорском Первенстве мира в Беларуси.

После Игр вас приглашали в Кремль. Поделитесь впечатлениями от этого визита.
ИБ: Все было очень серьезно и масштабно. Было очень приятно встретиться с товарищами по команде. Я даже сделал фото с Ильей Ковальчуком, Владиславом Третьяком, Павлом Дацюком и с ярославцами Сергеем Мозякиным и Владиславом Гавриковым.

За хоккеем следите?
Не особо, хотя был на матчах последнего сезона КХЛ.

После Олимпиады работаете в том же режиме?
АП: Конечно, был небольшой перерыв, чтобы прийти в себя, пообщаться с прессой. Но сейчас мы уже приступили к подготовке к новым стартам.

Александр Николаевич, как изменился Илья в профессиональном и человеческом плане за время вашей совместной работы?
Он всегда был спокойным и уравновешенным. Но сейчас взгляды немного поменялись, он стал более осмысленным в действиях. Думаю, что забота о близких, о своей семье этому поспособствовала. А в работе он изменился после того, как попал в аварию. Представляете, он на целый год выпал из тренировочного процесса. И к Олимпиаде мы стали готовиться всего за год до ее начала. После реабилитации Илья начал лучше понимать, что надо слушаться тренера, чтобы дальше продвинуться в спорте. Конечно, вся работа была порой и с натягом, со спорами, но мы все равно пришли к такому потрясающему результату.

Вместо последнего вопроса я попрошу вас охарактеризовать друг друга тремя словами.
АП: Упорный, упрямый, трудолюбивый.
(Илья этим словам улыбается.) Сейчас в ответ он скажет – злой, нехороший (Оба смеются.)
Илья: Справедливый, настойчивый и целеустремленный. Александр Николаевич всегда направляет меня двигаться вперед. ■

текст: Евгений Мохов фото: Дмитрий Савин