С Невы на Волгу • elitniy.ru

С Невы на Волгу

День снятия ленинградской блокады – особая дата и для Ярославля, судьба которого в годы войны оказалась тесно связана с судьбой Северной столицы. В тяжелые блокадные дни наш город одним из первых принял эшелоны с эвакуированными жителями Северной столицы. И до сих пор ленинградские дети войны держатся на ярославской земле вместе, объединенные общей исторической памятью. Руководитель общества блокадников Фрунзенского района Ярославля Геннадий Петрович Андреев как никто другой знает о том, что война не только разъединяет человеческие судьбы, но иногда и сближает целые города.

Я родился 1 октября 1939 года. Перед войной наша семья жила под Ленинградом, в городе Ораниенбауме, который сейчас называется Ломоносов. Мой отец, Михаил Яковлевич Карпов, служил в военно-морском флоте. Был главным старшиной на тральщике «Буек». Мама, Антонина Васильевна, работала воспитателем в яслях.

С началом войны отец ушел на фронт. Последнее письмо он послал маме 23 июля 1941 года из Таллина и сообщил: «Уходим на боевую операцию, Придем, конечно, с победой». Потом полгода от него не было никаких вестей. И только 24 января 1942 года матери пришло скупое извещение: «Ваш муж Карпов М.Я. в бою за социалистическое Отечество, проявив геройство и мужество, погиб на корабле и похоронен в море».

Когда немцы были уже недалеко от нашего Ораниенбаума, морское командование решило эвакуировать в Ленинград семьи военных моряков. В том числе и нас с мамой. Справку-пропуск туда мать получила 20 августа 1941 года. Помню, нас поселили на кухне коммунальной квартиры, на улице Чехова. Соседи завидовали тому, что у нас была плита. Но вот дров не было. Даже когда находились какие-то щепки и палки, воду никогда не доводили до кипения. Так и пили полусырую. Тепленькая и ладно.

Мне тогда было всего 2 года. Мама устроилась на работу в суд курьером, чтобы была возможность забегать домой ко мне. Я оставался один, и каждый день мама, уходя на работу, не знала, увидит ли меня живым. Иногда за мной приглядывала соседка Таисия Павловна Федорова – добрейшей души человек. У нее не было детей, так что я ей был как сын. Я ее называл крестной. Помню, по вечерам тетя говорила, что будем пить чай с таком. А я все время просил дать мне «таку», хотя было ясно, что это чай ни с чем – просто обычный кипяток.

Через полгода после гибели отца меня определили в детский сад, а матери помогли устроиться на военный завод №209. Хотя у нее должность называлась «браковщик», она рассказывала, что неоднократно сопровождала к местам сражений изделия завода. Я думаю, это были снаряды. Мама награждена медалью за доблестный труд в ВОВ и медалью «За оборону Ленинграда». Вообще, наши матери перенесли все: голод, холод, боль за своих голодных детей.

В 1943 году я болел дистрофией, был в тяжелом состоянии. Спасал паек, который мама получала на меня, – те самые 125 блокадных граммов хлеба. Когда я немного поправился и стал постарше, ходил с другими ребятами на Марсово поле. Там мы собирали гильзы от
патронов и осколки снарядов. Однажды я заблудился и сел наугад в трамвай. Вагоновожатая спросила, где я живу и, когда закончилась ее смена, отнесла меня домой на руках. Сам я не дошел бы – очень был слабый.

К концу блокады я перестал ходить и говорить – у меня была сильнейшая цинга, а на ногах – кровоточащие нарывы. Хотя хорошо помню салют на Неве по поводу окончания блокады. Я сидел у мамы на руках, народ вокруг ликовал, но многие плакали, потому что далеко не все ленинградцы дождались этого праздника. Теперь 27 января 1944 года – святой день для всех блокадников.

После войны мать второй раз вышла замуж за капитана Петра Андреевича Андреева. Он тоже был участником войны, дошел до Берлина. Его часть перевели в Ярославскую область, и в июне 1946 года мы выехали из Ленинграда. Так и оказались в здешних краях.

Нас поселили в деревне Красная Слобода Нерехтинского района, и мама вместе с хозяйкой дома, где мы остановились, начали заново учить меня ходить и говорить. Я постоянно падал, но все-таки за год им удалось поставить меня на ноги. Так что в 1947 году я вместе с другими ребятами пошел в школу. А вот нормально говорить пока еще не мог и в начальных классах заикался. Врачи сказали, что для устранения этого дефекта надо больше петь. Мама купила мне баян, и я до сих пор играю и пою для блокадников.

После школы я окончил Костромской технологический институт и устроился на Ярославский судостроительный завод. Там я проработал более 30 лет – от рядового конструктора до главного метролога. Завод предоставил моей семье квартиру, и там мы с супругой Валерией Валентиновной, сыном Петром и дочерью Юлией прожили 15 лет.
В 1967 году во время испытаний танкера в Балтийском море мне удалось побывать в очень важном для меня месте. Это точка в районе острова Эзель, где 11 августа 1941 года в результате прямого попадания снаряда погиб корабль «Пламя», на котором находился мой отец. Мне тогда был 1 год и 10 месяцев. А маме – 22 года.

После войны я никогда не упускал возможности побывать в своем родном Ленинграде, но особенно запомнилась поездка туда в 1972 году. Я участвовал во всесоюзных водных соревнованиях на приз журнала «Катера и яхты». Прошел на моторной лодке МКМ производства нашего завода от устья Невы до Ладожского озера и обратно, увидел Невский пятачок и старинную русскую крепость Орешек. Это знаменитое место: во время войны небольшой гарнизон крепости не только не пустил фашистов на остров, но и в течение 500 дней до самого прорыва блокады держал под огнем своих пушек, пулеметов и снайперских винтовок занятый фашистами Шлиссельбург, Неву и выход в Ладожское озеро.

Сейчас я возглавляю общественную организацию ветеранов-блокадников Фрунзенского района Ярославля. В ней состоят на учете 60 ветеранов, награжденных знаком «Жителю блокадного Ленинграда». Из них пятеро имеют медаль «За оборону Ленинграда». Своего помещения у нас нет, но нам всегда рады в библиотеке имени Достоевского. Все заседания, встречи и другие мероприятия мы проводим там.

В прошлом году исполнилось 70 лет со дня полного снятия блокады Ленинграда. Наша организация к этой дате выпустила книгу «Породнились Нева с Волгою. Ярославское эхо блокады». В ней собраны воспоминания блокадников области и всех тех, кто был на Ленинградском фронте. Я считаю, что подвиг Ленинграда – повод гордиться своей принадлежностью не только к этому великому городу-герою, но и к стране, в которой есть такой город. О нем нельзя забывать.

текст: Евгений Мохов |  фото: Дмитрий Савин