Семейный доктор • elitniy.ru

Семейный доктор

Семейный доктор

Наверное, одним из главных свидетелей того, как растет и меняется ребенок, является детский врач – педиатр.  Для того чтобы посвятить жизнь детям, требуются большая выдержка, терпение, энтузиазм и бесконечная любовь к своим маленьким пациентам. Тамара Федоровна Филиппова многие годы оставалась верна избранной профессии.  В ее славном трудовом пути были тяжелые послевоенные годы, работа в сельской больнице и профсоюзная деятельность.  Даже сейчас, после выхода на пенсию, она продолжает вести активный образ жизни и считает, что нельзя замыкаться в себе.

Тамара Федоровна, вы помните первые дни войны в Ярославле?

Война началась, когда я закончила 4-й класс. Летом родители нас  с сестрой отправляли в деревню к бабушке, там меня и застало известие о войне.  Поначалу я не совсем понимала, что произошло.  Но когда мама забрала нас домой, в Ярославль, мне стало страшно.  Папа был на трудовом фронте, под Тихвином. А мы с мамой и сестрой проживали на углу улиц Большая Октябрьская и Чайковского, где регулярно шла бомбежка.  Я помню, как переносили вещи  на другую сторону линии  трамвайных путей, боясь, что наш дом загорится.  Первые военные годы  мы учились в здании 43-й школы, которое потом переоборудовали под госпиталь.  А мы продолжали получать образование в двухэтажном здании на Чайковского. У мамы были золотые руки: она шила белье на фронт, рубашки, кальсоны, а потом  обучила этому и нас с сестрой.

С голодом и опасностью вы ведь тоже сталкивались?

В школе в шестом классе я была старостой, в мою обязанность входило получать кусочки черного хлеба и раздавать их  ученикам. Еще помню, как объявили воздушную тревогу, и директор  школы отпустила всех  домой. Была  бомбежка, и, когда я уже подбегала к крыльцу, передо мной упал железный осколок от зенитки.  Я его подняла, принесла домой, рассказав обо всем маме, на что мне сказали, что я родилась в рубашке.

А День Победы помните?

Да, помню, что в 4 часа во двор кто-то вышел с гармошкой, а я тогда приболела, но надела зимнее пальто и тоже пошла на улицу.  Люди тогда выходили во дворы, радовались и плакали. В нашей семье с войны не вернулся мамин брат. А вот наш папа вернулся, мама тоже прошла  трудовой фронт. Все послевоенные годы мы как-то справлялись с трудностями, хотя было не просто.

Как вы пришли к медицине?

Раньше в нашем городе было 3 института: политех, педагогический и мединститут, в который я и поступила после окончания школы.  Во время институтских каникул летом мы с подругой ездили в пионерлагерь им. Чкалова в Тощихе, где я была пионервожатой. Работа с детьми мне так понравилось, что я решила, что стану только педиатром.  И когда после окончания института комиссия по распределению (а тогда распределяли по всему СССР) узнала мой выбор, они предложили работу в Борисоглебском или в Большом Селе. Посоветовавшись с мамой, я выбрала Большое Село, тем более что именно в этом районе находилась  моя малая родина. Это было в 1952 году.

Туда ведь и добраться надо было?

Верно, это сейчас до Большого Села ходят автобусы и маршрутки, а тогда добираться было сложнее:  сначала я ехала до станции Лом, которая сейчас находится в Рыбинском районе, а оттуда еще 25 км добиралась на попутных лошадиных обозах. Хотя как-то ехала и на попутной машине-полуторке.  Другие попутчики из местных тогда садились на мешки, а я ехала нарядной,  в своем единственном пальто, которое нельзя было запачкать. Поэтому я всю дорогу стояла, держась руками за железную решетку.

Жилье в Большом Селе сразу получили?

Мне выделили комнатку с печным отоплением в большом доме, где проживали и другие жильцы.  Тяжеловато было, первое время я ложилась в слезах, хотелось обратно домой к маме,  ведь мне тогда было 22 года.  А потом подумала: пора брать себя в руки!  Вскоре я получила комнату в общежитии, с тремя медсестрами, влилась в коллектив,  да и скучать было некогда: работы тогда было много.

Сколько лет вы  там прожили и отработали?

Почти 5 лет, объездила все районы, лечила людей.

Не только детей?

В дежурство надо было ездить к любому больному. Но как-то справлялась, постепенно узнала своих пациентов. Хотя внепланово бывало всякое.  Как-то в мой прием прибыл молодой парень, солдат, который на побывке  разорвал  верхнюю губу. И вот он пришел ко мне в деревянный домик с надписью «Детская консультация».  Сейчас я бы не решилась зашить ему рану, все-таки это косметическая операция, но тогда вспомнила институтские навыки  и сделала все, как надо «по инструкции». Еще сказала, чтобы через неделю  он снял швы в медпункте. Потом все удивились, как педиатр смог так аккуратно выполнить такую процедуру. Но это было просто исключением из правил.

Как получилось вернуться в Ярославль?

После того как я отработала в Большом Селе почти 5 лет, ко мне приехала с проверкой мой преподаватель  Тамара Матвеевна Голикова.  Она взяла мой адрес, и, когда по стечению обстоятельств из детской  больницы имени  8 марта должна была уходить врач, меня приняли в коллектив на ее место. Я тогда была счастлива вернуться домой и работать в такой большой больнице. А через пару лет мне предложили поступить в ординатуру.

Согласились? 

Я считала, что к тому времени у меня было мало опыта, и, когда на следующий год вновь позвали,  решилась и написала заявление, хотя работа на участке мне тоже нравилась. Но тогда началась эпидемия, и  почти 2 месяца вместо ординатуры я лечила детей от вспышки кишечной инфекции.   Сразу после окончания эпидемии я пришла в ординатуру в ДКБ,  где сдавала зачеты.  А после окончания ординатуры получилось так, что врач детской клинической больницы уехала с мужем в Москву. Тогда  меня вызывала к себе главврач Александра Григорьевна и предложила работу заведующей отделением патологии старшего возраста на 60 коек в детской клинической больнице.  Я поначалу сомневалась,  но муж мне тогда сказал, что второго шанса попасть на такую работу может и не быть.  В итоге я согласилась и отработала там около полутора десятков лет.  Это была хорошая школа, мы лечили многих детишек. Вообще, мы были такими людьми, которые работали и не задавали вопросов: я никогда не спрашивала о зарплате, о том, зачтутся ли мне дежурства как отгулы,  а просто была рада работать и приносить пользу.

Вы ведь являетесь ветераном труда и, помимо основной работы, брали на себя дополнительные функции?

Да, 10 лет я была председателем профсоюзной организации.  У меня была такая радость, что я уехала из сельской местности, что хотелось в жизни все успеть. И двоих детей с мужем воспитали, и общественной работой занималась.  А после заведования отделением меня пригласили заместителем главного врача по лечебной работе детской клинической больницы, где я и отработала до выхода на пенсию в 2007 году.

Ваши  дети продолжают врачебную династию?

У меня младшая дочь окончила фармацевтический факультет мединститута, а сейчас и моя внучка Аня тоже продолжает династию. Она, как и я, окончила педиатрический факультет, начинала неонатологом в отделении новорожденных детей, а потом стала анестезиологом-реаниматологом и перешла в отделение реанимации новорожденных и недоношенных детей в перинатальном центре.

Судя по стенам вашей квартиры, вы еще и вышивать красиво умеете?

Сейчас такая жизнь, что нужно быть современной,  не замыкаться в себе, я не люблю никаких разборок и жалоб.  После ухода на пенсию научилась вышивать,  вяжу. Каждый год  на день рождения ко мне приходят люди, с которыми я работала.   Да и сейчас  веду активный образ жизни, бываю на  мероприятиях и медицинских конференциях, так что скучать некогда.

Текст: Евгений Мохов, Фото: Дмитрий Савин