Кертис Сэнфорд • elitniy.ru

Кертис Сэнфорд

«ЭК» начинает серию интервью с игроками и тренерами хоккейного клуба «Локомотив». Сегодня нашими собеседниками стали голкипер Кертис Сэнфорд и тренер по физической подготовке Шон Гувремон. А поскольку беседа проходила в один из дней августовской предсезонки,  пришлось общаться сначала с вратарем и только потом  с тренером.  Первый номер «Локомотива» рассказал о своей семье, а также отметил особенности русского менталитета.

Кертис, как вы оказались в Ярославле?
В прошлом году я провел достаточно неплохой сезон в НХЛ, в «Коламбусе», и, наверное, я подошел к такому моменту в своей карьере, когда захотелось попробовать чего-то нового. В межсезонье мне позвонил мой агент и сказал, что Ярославль ищет голкипера и, возможно, меня это заинтересует. Долго думать не пришлось, я согласился, начав новый этап в своей биографии и спортивной карьере. Впоследствии я ни разу не пожалел о том, что я здесь.
Почему вы стали именно вратарем?
Одно время мои родители принимали в нашу семью игроков из юниорских команд на временное место жительства. Однажды у нас жил один вратарь из Монреаля. Мне было тогда 9 лет. Когда я посмотрел, как он тренируется и потрогал его настоящую игровую форму, был поражен и решил, что, когда вырасту, тоже стану таким же вратарем, как и он.
Я постоянно следил за его действиями, наблюдал за ним. Потом и сам стал вратарем. А этот голкипер так и не стал играть на профессиональном уровне.

Что на данный момент является для вас самым важным моментом в карьере?
Мне было очень приятно играть за команду своего города Оуэн-Саунд, с этим периодом связано много воспоминаний. У меня осталось много записей с того времени. Но самым ярким воспоминанием для меня, наверное, была первая игра в НХЛ.
Своим главным достижением в хоккее я считаю тот факт, что никогда не был задрафтован, но всего достигал за счет старания, желания и упорной работы. Знаете, было действительно непросто, поэтому считаю это самым большим успехом.

Каким, по-вашему, должно быть соотношение таланта и трудолюбия?
Это достаточно сложная комбинация, и однозначно сказать тяжело. Пожалуй, без таланта ничего быть не может. Я считаю, что 50 на 50, но если с таланта все начинается, то на этапе карьеры, когда ты приходишь в профессионалы, большую роль играет и трудолюбие. Ведь даже талантливым игрокам на льду надо выполнять большой объем работы. Это не менее важно, чем талант. Поэтому я думаю, что 50 на 50.
С кем из игроков, игравших в КХЛ, вы знакомы. Советовались ли с ними по поводу переезда?
Основным моим знакомым и советчиком был Кэвин Даллмэн, с которым мы вместе играли в «Сэнт-Луисе». Если я хотел получить какую-то информацию о лиге, то получал ее у Кевина. Наши жены тоже общаются.
А теперь мне очень помогает Стаффан Кронвалль. Он уже год отыграл в Череповце и постоянно помогает мне и другим ребятам преодолеть языковой барьер. Удивительно, как быстро он освоил базовые знания русского языка.
В КХЛ я знаю таких хороших игроков, как Сергей Широков, Александр Радулов, Максим Афиногенов, Дмитрий Калинин и Алексей Семенов.

Кто, на ваш взгляд, способен взять на себя роль лидера в сегодняшнем «Локомотиве»?
В этом отношении наша команда очень необычна. Она состоит из игроков, которые вне зависимости от возраста ярко наделены лидерскими качествами. Такие ребята есть как среди молодых, так и среди опытных. И за счет такого сплава я считаю нашу команду сильной. Сложно назвать определенные фамилии, достаточно просто привести пример Алексей Калюжного, который был капитаном в КХЛ, имеет огромный опыт и который пользуется заслуженным уважением партнеров и своим примером показывает, как надо играть. А есть еще и Виталий Вишневский, Виктор Козлов, Стаффан Кронвалль, Никлас Хагман… На мой взгляд, этот список не имеет определенных очертаний.

Насколько вы популярны на родине и насколько готовы быть в центре внимания в таком хоккейном городе, как Ярославль?
Я не считаю себя популярным человеком, никогда этого не чувствовал и не рассуждал на эту тему. Дело в том, что я всегда стараюсь концентрироваться на работе, а сторона узнаваемости для меня второстепенна.
В НХЛ вопрос популярности зависит от города, в котором ты играешь. Допустим, в Ванкувере все знают игроков в лицо. А если, например, ты играешь в Коламбусе или в Сент-Луисе, то там тебя могут и не узнать, ведь ты всегда выступаешь в маске.

Думаю, что в Ярославле вас будут узнавать практически везде. Как относитесь к послематчевым обсуждениям игры вратарей и полевых игроков в гостевых книгах и других сетевых ресурсах?
Я считаю, что по понятным причинам, к такому положению дел должна быть готова вся команда. Мы все знаем и чувствуем, насколько страстно ярославские болельщики относятся к хоккею, и тоже осознаем, насколько важно для нас сейчас показать хорошую игру и успешно вернуться в Лигу. Все понимают ответственность и предстоящее в связи с этим давление, но я думаю, что игроки к этому готовы, иначе бы они не решились переехать в Ярославль.
А что касается интернет-ресурсов, то я считаю, что люди, которые приходят в хоккей, платят за это деньги и связывают с игрой определенные надежды, могут писать все что угодно, это их мнение. Не зависимо от того, сыграли мы хорошо или плохо. Во втором случае они имеют полное право и на критику.
Сейчас я испытываю приятное волнение в связи со стартом сезона, и мне очень хочется, чтобы он поскорее начался.

В каком стиле вы играете и что изобразите на своем шлеме?
Вообще, мне по душе стиль баттерфляй, но вместе с тем я бы не сказал, что использую в своей игре только его. В основном, играю в смешанном стиле. Все зависит от игровой ситуации. Что же касается росписи шлема, то на той маске, в которой я играл на предсезонке, был изображен необычный человек. В детстве мой тренер называл меня Сендмэном, и я решил изобразить этого человека на шлеме. А вот новую маску мне должна привезти супруга к концу месяца. На ней будет изображен очень простой рисунок. Наверху – знак «Локомотива», а по бокам будут идти 2 поезда, в месте схода которых изображена шайба.

Кертис, каждому голкиперу задают вопрос об особой ментальности вратарей?
(Смеется.) Считаю себя нормальным человеком. Конечно, я слышал, что многие считают вратарей странными, но я все же не такой.

А откуда тогда пошло такое мнение – от болельщиков, журналистов или от самих вратарей?
Думаю, что от вратарей, потому что они действительно бывают разными.
Для многих специалистов было достаточно неожиданно, что на предсезонке вы с Виктором Козловым первыми пробежали кросс. Любите бег?
Да, в молодости мне нравилось бегать, особенно на длинные дистанции. Я считаю, что если у тебя хорошая физподготовка, то ты будешь дольше играть на высоком уровне, тем самым продлевая свою карьеру. Я много работаю над собой, чтобы получались такие результаты.

Какие виды спорта, помимо беговых, смотрели на Олимпиаде, и какое впечатление оставили эти игры?
Конечно, на Олимпиаде были вещи, которые производили не олимпийское впечатление, но я бы особо не хотел бы говорить об этом, поскольку это тема для другого разговора.
А из телетрансляций я действительно с наслаждением смотрел забеги Болта и заплывы на различные дистанции.

В этом же номере будет интервью вратаря футбольного клуба «Шинник». Что бы вы хотели спросить у своего коллеги?
Как он останавливает мячи, ведь в соккере такие большие ворота?

Супруга с детьми приедут к вам в Ярославль?
Конечно. С женой нас познакомил общий друг, это было очень давно. Мне тогда было 16 лет, ей – 18. Поэтому мы вместе очень долго, а поженились мы 10 лет назад и недавно отпраздновали нашу годовщину свадьбы. У нас трое прекрасных детей – 8-, 5- и 2-х лет, которые не дают нам скучать. Мы проводим с ними много очень времени, и, поверьте, это приятные хлопоты. Они должны скоро приехать. Старшего сына я собираюсь отдать в ярославскую школу, о выборе которой уже посоветовался с нашим тренером Дмитрием Юшкевичем.

Как вас изменило отцовство?
Думаю, что отцовство во многом меняет человека. Это как новый этап в жизни. Дети дают тебе много хороших уроков и создают много ситуаций, преодолевая которые ты становишься спокойнее и мудрее.
Допустим, ты идешь по улице, а твой ребенок орет и все на тебя смотрят с сожалением, а ты не знаешь, что делать. Или, например, тебе надо поменять ребенку подгузник, а ты пока что не умеешь делать это быстро и хорошо. (Улыбается.) Конечно, отцовство дает тебе только положительный опыт.
Повторюсь, наверное, больше всего дети учат быть выдержанным и спокойным в разных ситуациях. И сейчас я уже понимаю, что для меня это спокойствие трансформировалось и в хоккей.

Советские и российские педагоги считают, что в воспитании вредны излишнее теоретизирование или практицизм в чистом виде.
Здесь, как и в вопросе с талантом и трудолюбием, сложно найти золотую середину, но я верю, что она есть. Иногда в определенных моментах я стараюсь быть жестче. А иногда стараюсь дать ребенку все осознать и понять путем его собственных проб и ошибок.
Могу сказать точно, что любовь к своим детям живет всегда. Когда у меня родился первый сын, я смотрел на него и просто удивлялся: как можно в жизни любить кого-то больше? С рождением второго и третьего ребенка это чувство только усилилось. Для меня они много значат. Сейчас я прожил без них 2 месяца, мне было плохо, я скучал и теперь считаю дни до их приезда и очень радуюсь скорой встрече.

Многие иностранцы считают: чтобы адаптироваться в России, надо понять загадочную русскую душу. Проведя в России несколько месяцев, скажите, с чем у вас ассоциируется понятие «русская душа»?
Я уже заметил, что русские очень темпераментные люди, и видно, что они очень гордятся своим городом и своей страной. Считаю, что это очень хорошее качество для любого человека. Уверен и в том, что для адаптации в России немаловажно знание русского языка, которым я сейчас усиленно занимаюсь. Надеюсь, что буду прибавлять в этом с каждым днем.

текст: Евгений Мохов | перевод: quiet woman |  фото: Ярослав и юЮлия Нееловы