Журнал о бизнесе и жизни, выходит с 2004 года.

Ничего не найдено.

Рубрика: Личный интерес

  • Алкоголь и прогресс

    Некоторые мифы столетиями господствуют в умах, хотя легко могут быть опровергнуты статистикой или даже простыми логическими рассуждениями. К числу таких устойчивых заблуждений относится всеобщая уверенность во вреде алкоголя. Мол, спиртное – абсолютное зло, и чем его меньше, тем лучше.

    Борцам за трезвость не приходит в голову сопоставить общеизвестные исторические факты. В человеческой истории центры прогресса почему-то совпадали с центрами производства и распространения алкоголя. Начать с того, что индоевропейские народы, давшие миру своеобразную «матрицу» современной цивилизации, отличались от прочих, в частности, освоением процесса брожения и, соответственно, умением делать вино.

    Самое плодотворное явление древности – античность – расцвела на базе винодельческих Древних Греции и Рима. Именно греки научили пить окружающие народы, именно греки разбогатели на виноторговле по всему тогдашнему миру. Почему история выбрала в качестве «избранного народа» самый пьющий на тот момент народ? Римляне, перехватив у греков эстафету цивилизационного развития, продвинули виноградарство и виноделие во все провинции Римской Империи, и там, вместо пьяного одичания и деградации, почему-то ускорилось развитие. А вот разрушившие империю варвары-германцы пришли из лесов и болот, где виноград тогда не рос, и вина у них не было.

    В те далекие времена в Европе цивилизация распространялась лишь до тех пределов, где вызревал виноград. Но «голь на выдумки хитра» – в северных странах расцвело пивоварение, а затем освоили перегонку и крепкий алкоголь. Монополия «виноградных» народов на прогресс закончилась, эстафета перешла к народам пивным и водочным: англичанам, северным немцам, скандинавам, голландцам.
    Какая самая развитая страна в XVII веке? Однозначно, Голландия. Мировая торговая и финансовая империя, наивысший ВВП на душу населения, политическая демократия, расцвет культуры и науки; городской образ жизни, почти на два столетия опередивший свое время. Какая самая пьющая страна XVII века? Та же Голландия. Чего стоит один только закон, объявлявший недействительным любой документ, если он был подписан после трех часов дня. То есть уже к трем часам дня типичный голландец был пьян в стельку и мог подписать что угодно. А каковы наиболее распространенные бытовые сюжеты на полотнах «больших» и «малых» голландцев? Возлияния и пьяные скандалы…

    Может быть, алкоголь не сопутствует прогрессу, а лишь паразитирует на нем? Может, если бы не потребление спиртного, мир развивался бы еще быстрее? Богатая на «загогулины» история человечества поставила и такой эксперимент. Обширная группа стран с населением более миллиарда человек – так называемый исламский мир – почти не пьют. Однако нельзя сказать, что уровень цивилизованности данных народов возрастает быстрее, чем в среднем по миру. Скорее, наоборот. На пике своего расцвета, примерно тысячу лет назад, исламский мир (как, впрочем, и Китай) сильно опережал Европу по большинству экономических и социальных показателей. С тех пор непьющий Восток и малопьющий Китай заметно отстали, а Европа (вместе с европеизированной Северной Америкой) рванула вперед.

    За последние десятилетия образ жизни японцев, южных корейцев, а затем и китайцев все больше походит на образ жизни европейцев. Соответственно, резко возрастает и употребление спиртного. Однако негативных демографических последствий не отмечается – продолжительность жизни растет. Например, 100 лет назад в почти непьющей Японии люди жили в среднем около 40 лет; города страдали от нехватки рабочих рук. Сейчас там пьют по 4 литра (в пересчете на чистый спирт) на японскую душу в год, как в СССР при Хрущеве, и живут чуть ли не дольше всех в мире. Аналогичным образом, после присоединения Сибири к России и последующего приобщения местных племен к водке, у коренных народов начались проблемы с пьянством. Но это печальное обстоятельство не помешало аборигенам за короткий срок втрое увеличить свою численность, что зафиксировано в русских переписях «ясачного» (то есть обязанного платить дань – ясак) коренного населения.

    А где еще живут долго? Преимущественно в пьющих Европе, Канаде, Австралии. Из непьющих в этом элитном списке – лишь сверхбогатые Объединенные Арабские Эмираты. Спрашивается, почему же тогда Россия, по потреблению алкоголя равная Западной Европе (по официальным данным, на одного россиянина приходится 17 литров чистого алкоголя, по данным Всемирной Организации Здравоохранения – 13 литров), так уступает в продолжительности жизни? Так ведь на повышенную смертность влияют многие причины, начиная от качества питания и состояния медицины и заканчивая нарушениями правил дорожного движения. В 10‑м номере журнала «Эксперт» за этот год приведена таблица, наглядно демонстрирующая, что «гипотеза об отрицательной зависимости продолжительности жизни и уровне потребления алкоголя не подтверждается. Рассуждая формально, наш анализ свидетельствует скорее об обратном: дополнительный литр чистого спирта, выпитый в стране за год, по линейному тренду удлиняет жизнь мужчин на год, а женщин – на полтора».

    Приведенные выше рассуждения вряд ли убедят родственников конкретного алкоголика, на собственной шкуре узнавших, что спиртное есть абсолютное зло. Точно так же можно указывать на пример разорившегося в конкурентной борьбе предпринимателя и на этом основании требовать запрета конкуренции как причины людских несчастий. Возможно, в человеческом обществе алкоголь играет роль, сходную с конкуренцией: он ускоряет отбор и «выбраковку» социально уязвимых особей. Судя по темпам развития «пьющих» народов, обществу это, как минимум, не вредит. А что касается судьбы отдельного человека, то историческому прогрессу на нее, похоже, наплевать…

  • Тоска по совершенству

    Мне так же, как и всем вам, приятно думать, что человек – высшее существо, венец творения. Мы гордо шагаем по миру, провозглашая презумпцию своей исключительности, своего нерушимого совершенства. Но так ли это на самом деле? К великому разочарованию креационистов, бездумно назвавших человека богоподобным существом, нужно быть просто слепым фанатиком, чтобы не признать очевидный факт: homo sapience – это плохо, местами почти нелепо, «собранный» организм, части которого далеки от инженерного совершенства и которые постоянно дают сбой.

    Клудж эволюции
    Эволюция сделала нас тем, что мы есть, путем практически случайных изменений, закрепившихся в результате адаптации. Ведь эволюция на самом деле очень странная штука, которая, к моему великому, разочарованию никогда ничего не доводит до совершенства: все, что она может, – это выбирать самый лучший вариант из доступных. А в ее основе лежит незамысловатый принцип: «Лучше плохо, чем никак»! Психолог, эволюционист и исследователь в области когнитивистики Гари Маркус даже придумал для этого особый термин «клудж» – нелепое, неуклюжее, но при этом достаточно эффективное решение. Так вот мы, люди, – всего лишь еще один клудж слепой эволюции.

    Если детально посмотреть на биологию и в особенности анатомию человека, то клуджи обнаружатся повсюду. Для примера, наш позвоночник – отвратительное, неэффективное решение проблемы поддержания нас в вертикальном положении. Куда больше смысла имело бы распределить наш вес поровну на 4 опоры. Вместо этого единственный позвоночный столб несет на себе нагрузку всего тела, а плата за это – страшные боли в спине у многих людей. Еще один пример, о котором знают все эволюционисты, – ретина глаза человека, которая воспринимает свет, расположенная задом наперед и обращенная к задней части головы, а не вперед, как было бы логичнее. В результате все предстает перед нами особым образом, в частности, в каждом глазу человека есть слепые пятна – области, не чувствительные к свету. Другой хорошо известный пример эволюционного клуджа – одна интимная деталь мужской анатомии. Выводные протоки от семенников к уретре куда длиннее, чем это необходимо: они идут вперед, разворачиваются в противоположную сторону и делают поворот на 180° обратно к пенису. Бережливый и разумный инженер связал бы семенник непосредственно с пенисом короткой трубкой. Но природа не отличается ни умом, ни скаредностью, она – паршивый дизайнер, кроме того, далеко не перфекционист.

    Невключенные мозги
    Человеческий мозг – вот что следует признать самым фантастическим клуджем, созданным миллионами лет слепой эволюции. Вообразите, вы пришли на электростанцию, где внед-рены, по меньшей мере, 3 технологии разных поколений, которые прилажены одна на другую: современную компьютерную технологию «надстроили» над существовавшей ранее системой электронных ламп, которая. в свою очередь, управляла еще более старыми пневматическими механизмами, приводимыми в действие сжатым газом. Причем инженеры могли бы переделать всю систему, избавившись от старых технологий и начав производство с нуля, но вот беда: потребность в непрерывной выработке энергии заставляет их отказываться от кардинальной реконструкции. Человеческий мозг – один в один такая электростанция!

    В нем одна «технология» навалена на другую. Средний мозг человека, например, существует буквально поверх более древнего заднего мозга, а передний мозг надстроен на вершине их обоих. Задний мозг, самый старый из всех (возник по меньшей мере полмиллиарда лет назад), отвечает за дыхание, равновесие, проворство и другие функции, которые одинаково важны как для динозавра, так и для человека. Средний мозг, появившийся вслед за ним, координирует визуальные и слуховые рефлексы и контролирует такие функции, как движения глаз. Передний мозг, отдел мозга, возникший последним, управляет такими вещами, как речь и принятие решений, но способами, которые часто зависят от старых систем.

    Наша рациональность, которую мы так доблестно приписываем себе как некую особую черту избранности, – лишь недавнее изобретение эволюции. И именно оттого, что человек еще только начинает тренироваться в ее использовании. И наша рациональность очень плохо уживается с более древними частями мозга. Нам надо признать, что характеристики, которые мы считаем наиболее ценными, черты, которые больше всего выделяют нас как людей – язык, культура, ясность и трезвость мышления, – должны были строиться на генетической основе, первоначально приспособленной совсем для иных целей. В результате в нашем мозгу «совершенство и брак» как бы сосуществуют бок о бок. Высокоэффективные нейроны, например, связаны со своими соседями поразительно неэффективными синапсическими щелями, которые трансформируют эффективную электрическую активность в менее эффективные химические соединения, а они, в свою очередь, тратят тепло и теряют информацию. Наша память так часто нас подводит! Мы нередко верим тому, чего нет, и не верим в то, что есть. Язык человека туманен, часто мы не можем ясно излагать свои мысли, подобрать нужные слова. Путаемся в показаниях и выдаем чужие мысли за свои собственные. Мы поступаем неразумно, импульсивно и с большим трудом пускаем в ход свое рациональное мышление, и даже когда нам удается это делать, все равно приходим к неверным выводам. Как заметил блестящий ученый Даниэль Канеман, речь о котором пойдет ниже, «рефлексивная (более древняя) система лучше в том, что она делает, чем рассуждающая система в рассуждениях. И хотя наша рассуждающая система может быть осмотрительной, требуются большие усилия для того, чтобы заставить ее функционировать по-настоящему надежно и сбалансированно».

    Путь ratio
    Что ж, нам с таким несовершенным мозгом все-таки нужно как-то жить. Осознание наших биологических клуджей могут навести нас на мысль о том, как мы можем усовершенствовать себя. Людям все еще есть к чему стремиться, и клуджи могут задать направление. Взглянув на себя честно в зеркало, признав слабые и сильные стороны, мы получаем шанс добиться большего от наших замечательных, но пока еще неидеальных умственных способностей, унаследованных в результате эволюции. И надо сказать, что такая работа уже ведется. Например, психолог Даниэль Канеман, о котором я уже упоминал, всю свою жизнь посвятил опровержению главного тезиса экономической науки – о рациональности человеческого поведения. Ученый утверждает, что, как бы нам ни хотелось думать, человек в своих решениях чаще всего основывается на интуитивных представлениях. И учитывая это, мы могли бы откорректировать принципы нашей действительности – экономические, социальные и прочие…

    Так получается, что неизбежно существуют решения, для которых наследственная система приспособлена лучше. В некоторых обстоятельствах она предлагает единственный реальный вариант. Например, когда требуется принять мгновенное решение – сбить внезапно выскочившего на дорогу человека или разбить машину, свернув на обочину, – рассуждающая система слишком медлительна. Зачастую там, где нам надо рассмотреть много различных переменных, а мозг просто не в состоянии ими оперировать, бессознательное мышление превосходит рациональное. Да, так уж устроена жизнь: решения, которые принимаются очень быстро, до определенной степени могут быть не хуже, чем решения, принимаемые сознательно, долго и рассудительно. Иными словами, клудж – это еще не приговор, это скорее выход. Видя и осознавая свои несовершенства, мы с вами делаем первый шаг на пути его преодоления.

    В следующем номере читайте более подробный рассказ об «ограниченной рациональности», о том, как мозг ставит человеку ловушки, а также об экспериментах, которые разъясняют, откуда берут начало общечеловеческие предрассудки.

  • СТАРАНИЯ ЮНОГО ВЕНТЕРА

    Кажется, Альберт Эйнштейн однажды сказал: «То, что можно понять, можно создать!». Это высказывание стало настоящим девизом современной науки. А такие ученые, как ставший при жизни легендой знаменитый Крейг Вентер, ежедневной научной работой подтверждает этот тезис. Одним из самых значительных прорывов первого десятилетия XXI века стало создание первой живой клетки, геном которой был полностью искусственно синтезирован и которая способна к размножению.

    Кто вы, мистер Вентер?
    Ветеран вьетнамской войны американец Крейг Вентер, темпераментный и увлеченный человек, с юности занимался биохимией, но его мало прельщало провести жизнь в стенах химической лаборатории. Молодого исследователя всерьез заинтересовала возможность поставить свои научные идеи на коммерческие рельсы. В 1998 году Вентер прикладывает руку к созданию компании «Целера Геномикс», действующей на передовом рубеже биотехнологий. Именно «Целера» внесла неоценимый вклад в труднейшую задачу последнего времени – полную расшифровку генома человека. Конечно, работа над этим велась и прежде, но именно Вентер предложил революционный метод, который ускорил процесс. Идея, названная методом «дробовика», или методом «беспорядочной стрельбы», позволила секвенировать (т. е. определить последовательность) ДНК человека в течение двух следующих лет. Суть метода в том, что определяемую ДНК организма разбивают на множество небольших фрагментов, каждый из которых вводят в автомат, определяющий последовательность ДНК. Нечто похожее получится, если разодрать книгу по страницам и раздать их разным читателям. После того как будут определены последовательности каждого фрагмента, в действие вводят сложнейшие компьютерные программы, заново собирающие исходную последовательность. В итоге в 2000 году Вентер и его коллега по проекту «Геном человека» Френсис Коллинз объявили о победном событии – создании первого «наброска» последовательности генома человека. Крейг Вентер хотел было подзаработать на этом, предложив запатентовать результаты своих трудов, но мировая общественность запротестовала, ведь данные генома человека должны быть известны всем людям! Вентер уступил, опубликовав результаты расшифровки генома в Интернете, и ушел из «Целера Геномикс», создав новый институт имени самого себя.

    Институт Крейга Вентера, реализовавший в 2000-е годы различные метагеномные проекты, вскоре заставил говорить о себе. Ведь ученым удалось проанализировать геномы нескольких простейших организмов, открыв при этом тысячи новых генов и новых видов живых существ. Следующей ступенью стала работа над синтезом искусственного генома. Это и сделал Вентер!

    В настоящий момент в лаборатории Института Крейга Вентера живет и размножается обыкновенная бактерия, ДНК которой полностью «искусственна», то есть, синтезирована «в пробирке». Представьте, длиннющая молекула, состоящая из 1,08 миллиона нуклеотидов, «собранная вручную» учеными из химических компонентов по компьютерной программе и внедренная в клетку! Это даже не генная инженерия, когда ученым удается дополнить или исправить геном организма несколькими генами, – это полная пересадка всего генома. Именно это событие, по сути, положило начало синтетической геномике. Знаменитая публикация в мае 2010 года в журнале Science под названием «Создание бактериальной клетки, которая контролируется химически синтезированным геномом» стала венцом научного проекта, который длился 15 лет и обошелся в 40 миллионов долларов.

    Знакомьтесь, «Синтия»
    Да, «Синтия» – именно так окрестили созданную клетку с искусственным геномом журналисты, которые ко всему прочему нагнали страху на обывателей, мол, данный научный эксперимент – это открытие ящика Пандоры, и он несет угрозу миру. Но давайте разбираться…
    Эксперимент по созданию искусственной жизни заключался в следующем: ученые синтезировали геном одной бактерии (Mycoplasma mycoides – донор) и внедрили его в клетку бактерии другого вида (Mycoplasma capricolum – реципиент). Причем полученный организм оказался идентичным именно донору. То есть эксперимент достоверно указал, что ДНК действительно содержит полную информацию о работе всей живой клетки. Полученная бактерия стала расти и размножаться именно как Mycoplasma mycoides, стала синтезировать белки, свойственные именно этому виду.

    Надо сказать, что этот вид бактерий идеально подходил для подобных экспериментов по нескольким причинам: во-первых, их геном невелик и хорошо изучен. Различные виды микоплазм содержат всего от 580 тысяч до 1,4 миллиона пар оснований молекулы ДНК. Напомним для сравнения, что геном человека содержит порядка 3 миллиардов нуклеотидов. Во-вторых, в отличие от подавляющего большинства других бактерий с маленькими геномами, микоплазмы могут жить вне клеток хозяина, поэтому их можно выращивать в лаборатории. И, в-третьих, микоплазмы – это бактерии-прокариоты, что означает, что они не имеют клеточного ядра, весь их генетический материал распределен в цитоплазме клетки, и, таким образом, в них легко внедрить компоненты нового генома. Впрочем, даже при всех плюсах подобная работа отнюдь не простая: ДНК синтезировали по частям. Молекулярный «коктейль» сначала собирали в клетках кишечной палочки, затем – в клетке дрожжей и только потом ввели в клетку реципиента Mycoplasma capricolum.

    Зачем все это нужно?
    Ученые давно привыкли к этому вопросу, который возникает каждый раз, когда наука открывает новые двери на пути познания. И надо признать, что случай с «Синтией» не был исключением. Реакция общественности, как, впрочем, и научного сообщества не была однозначной. Практическое применение подобной технологии многим показалось сомнительным. Ведь одно дело «программировать жизнь» безъядерных клеток простых организмов и совсем другое – воспроизводить клетки растений, животных и человека. А тут уже возникают немалые сложности: например, если переносить ДНК в ядро, то как поступать с неядерной генетической информацией клетки?
    Впрочем, Вентер отвергает все сомнения. Для него такие исследования – безусловный прорыв в фундаментальной науке, еще один шаг в исследовании происхождения жизни и в поиске ответа на вопрос, какие гены отвечают за жизнь и размножение живого существа. Безусловно, вершиной этих начинаний стали бы исследования, непосредственно связанные с организмом человека, дающие новые ключи к пониманию процессов его жизнедеятельности.

    Вентер надеется в скором времени создать организм с полностью заданными свойствами и функциями. Такие организмы будут специально «сконструированы» для решения конкретных задач. Сегодня это основная цель синтетической геномики. Только вообразите, какие перспективы это может открыть для человечества. Например, бактерии могут стать настоящими фабриками по производству тех или иных необходимых человеку веществ – сложных лекарств, питательных белковых комплекосов! Или как вам перспектива создания биотоплива с помощью таких бактерий, которое сможет стать альтернативой ископаемым источникам энергии? Кроме того, искусственно созданные бактерии могли бы очищать окружающую среду от загрязнений. Сфер применения таких открытий может быть множество.

    Жизненный минимум
    Так или иначе, создание «Синтии» стало действительным прорывом науки первого десятилетия XXI века. Успех создания первого искусственного организма позволил Крейгу Вентеру обратить свое внимание на еще одну важную задачу – конструирование такой клетки, которая содержит «минимальное» количество генов, достаточное для поддержания жизни в простейшей форме. Нетрудно догадаться, что это приблизит ученых к ответу на вопрос тысячелетия – откуда произошла жизнь на Земле. Уже сейчас исследовательская группа Вентера заявляет о том, что предлагаемый гипотетический минимальный набор генов для того, чтобы жизнь возникла как таковая, должен состоять из 310-388 генов. В частности, самому простейшему организму совершенно не обойтись без таких обязательных генетических систем, как: гены трансляции, репликации, репарации, транскрипции; гены, контролирующие анаэробный метаболизм; гены биосинтеза липидов; гены системы транспорта белков; набор генов, обеспечивающих транспорт метаболитов; полный набор генов утилизации нуклеотидов и гены их биосинтеза. Отметим, что гены биосинтеза аминокислот, какие присутствуют у сложных организмов, микроорганизмам-паразитам для жизни не нужны.

    Подобные исследования и открытия всерьез двигают современную науку вперед. В век разума и больших возможностей наши знания об окружающем нас мире расширяются именно благодаря ученым, обладающим невероятно проницательным умом и неуемной научной фантазией, коей обладает Крейг Вентер – человек, которому будет еще чем удивить нас с вами!

  • Незамеченный триумф Европы

    Несколько лет назад в парижских пригородах прошла волна погромов, устроенных мусульманскими подростками. Очередной признак конфликта цивилизаций? Как раз наоборот, «первая ласточка» ассимиляции ислама христианской Европой. Франция больше, чем другие европейские страны, вложила денег и усилий в распространение европейских ценностей среди иммигрантов. Кроме того, на протяжении более чем тысячелетия история неоднократно подтверждала повышенную «проникающую способность» французской культуры (включая и культуру политическую). Не удивительно, что первые результаты проявились именно во Франции.

    Что означают погромы в пригородах? Они означают, что иммигранты стали превращаться во французов. Пусть не во всей полноте французского образа жизни. Но они уже усвоили ту часть французского менталитета, которая им ближе и понятнее, а именно привычку к политически мотивированному коллективному нарушению закона. В своем бунте они уже не арабы и не негры – они французы.

    Конечно, проще предположить, что иммигрантские бунты – это всего-навсего перенос интифады в Европу, что это внутреннее дело мусульманских общин, ничего общего с европейской культурой не имеющее. Но тогда возникает вопрос, почему погромы произошли именно во Франции, а не в других европейских странах, тоже имеющих большие массы иммигрантов? Почему не в Голландии и не в Германии? Потому что только во французском менталитете укоренился стереотип уличных беспорядков как относительно легитимного способа социального самоутверждения. Этот поведенческий подход какими-то неведомыми путями (которые теперь надо тщательно изучать) был воспринят французскими мусульманами.

    Следующие поколения иммигрантов освоят и прочие французские обычаи – сначала адюльтер, затем, наконец, и настоящие ценности: чувство превосходства гражданина над государством, разделение властей, приоритет прав человека, чувство юмора и так далее. Это вопрос времени.

    Разумеется, это не значит, что «дело в шляпе» и что все инокультурные мигранты рано и поздно вольются в Европейский плавильный котел. Пример Косово предупреждает, что возможен и прямо противоположный сценарий – вместо ассимиляции приезжие мусульмане могут попросту вытеснить местных христиан. От каких факторов зависит конечный результат? Во-первых, от количественного соотношения, то есть от разницы в рождаемости мигрантов и коренного населения.

    Во-вторых, от исторического бэкгаунда. Так, никогда не воевавшей с исламскими странами Германии гораздо проще строить отношения с турецкими иммигрантами, чем России – со своими же гражданами, приехавшими с Северного Кавказа. Настороженное отношение кавказцев к русским в определенной степени обусловлено кавказскими войнами Российской Империи, сталинскими депортациями, чеченскими войнами постсоветской России.

    В-третьих, от совместимости самих базовых ценностей коренного населения и приезжих. Не все в нашем мире совместимо. Например, американцы приложили невероятные усилия (и деньги) для интеграции негритянского населения. Со времени отмены рабовладения в США прошло почти полтора столетия, но черные так и остаются «непереваренным куском» американского общества. Всех других (итальянцев, евреев, поляков, мексиканцев, китайцев, индусов) либо уже ассимилировали, либо продолжают успешно ассимилировать. А вот с неграми – не получается. Уж и президента избрали черного, а в негритянских кварталах как была какая-то своя, не американская жизнь, так и осталась. Видно, не судьба…

    Как будут выглядеть первые признаки будущей ассимиляции мигрантов в России, если, конечно, она вообще произойдет? Думаю, что это будут предпринятые приезжими мусульманами те или иные действия, враждебные по отношению к русским, но действия, произведенные таким же способом, каким русские обычно выражают свое недовольство приезжими. Например, если на выездной мачт грозненского «Терека» соберется толпа его фанатов и пройдет колонной по улицам, синхронно выкрикивая антирусские речевки. Такая демонстрация будет не самым приятным зрелищем, но будет означать, что хотя приезжие играют против нас, но зато играют в наши игры и по нашим правилам.

    Ведь крайне трудно вживаться в чужую и более сложную цивилизацию, поэтому первые шаги на этом пути будут сделаны в направлении тех элементов русской жизни, которые можно перенять без больших интеллектуальных, физических и эмоциональных усилий. Интеграция (и последующая ассимиляция) мигрантов-мусульман начнется не с чтения Достоевского и не с поиска смысла жизни. Она начнется с водки, житейского пофигизма, рваного ритма работы и жизни (то простой, то аврал, то прогул, то сверхурочные), безалаберности и прочих традиционных русских пороков. Лишь затем дойдет очередь до лучших сторон нашей культуры и нашей жизни.