Метка: Сентябрь 2011

Современные общества усложняются и становятся более дифференцированными по культурным, этническим, конфессиональным и экономическим признакам. Изменяются традиционные социальные группы и взаимоотношения между ними. При этом современные демократические государства сталкиваются с необходимостью совместить эффективную экономику и принципы социальной справедливости. 7 сентября 2011 года в Ярославле начнет свою работу мировой политический форум. В этом году он будет посвящен теме социального многообразия в современном государстве. Участники дискуссий в Ярославле постараются осмыслить эти и другие проблемы и вместе наметить пути к их решению. А накануне форума мы встретились с губернатором Ярославской области Сергеем Вахруковым, чтобы узнать его мнение по тем проблемам, которые будут обсуждаться на Ярославском форуме.

Сергей Алексеевич, вы являетесь одним из главных идеологов проведения в Ярославле Мирового политического форума. Действительно, еще никогда наш город так громко не звучал на мировой арене. Расскажите, как возникла эта идея?
Априори идея заключалась в проведении в нашем городе форума имени Ярослава Мудрого как локального симпозиума по вопросам укрепления и развития российской государственности. В процессе обсуждения пришло понимание того, что предлагаемые для обсуждения вопросы позволяют рассматривать мероприятие как событие более высокого уровня.
В 2008 году мы обратились к Президенту России Д. А. Медведеву с предложением о проведении в Ярославле в 2009 году большого всероссийского форума. Инициатива была поддержана, и 14 сентября 2009 года под эгидой главы государства прошла Международная конференция «Современное государство и глобальная безопасность». Организаторами ее выступили Институт общественного проектирования, Институт современного развития и Ярославский государственный университет имени П. Г. Демидова. Конференция прошла успешно и получила широкий резонанс не только в стране, но и во всем мире.
В 2010 году это уже был полноценный представительный Мировой политический форум, в котором приняли участие более 500 экспертов из разных стран, в том числе и лидеры нескольких государств. Форум стал традиционным! Я знаю, что звучали предложения глав некоторых регионов России о том, чтобы симпозиум ежегодно менял свою прописку. Но теперь он уже будет именно ярославским!

Что было самым сложным в процессе реализации этого грандиозного проекта?
Это был первый опыт. Мероприятий такого уровня и такой ответственности на ярославской земле не проводилось никогда. В общем, это и было основной системной сложностью.

Помните свои первые эмоции, ощущения, когда все получилось, когда только первый форум «отгремел»…
Эмоции? Усталость и удовлетворение! Радость по поводу того, что мы это сделали! Понимание, что теперь у нас есть бесценный опыт, что все получилось, а впереди будет большое продолжение. Ведь вдумайтесь: не состоялась бы тогда, в 2009‑м, конференция, не было бы такого 1000‑летия, не было бы сейчас Ярославского политического форума. Вряд ли появились бы в календаре международный туристический, энергетический форумы. Так и жили бы, руководствуясь фразой: «В провинции и дождь – развлечение».
Идея по-новому открыла миру Ярославль, а Ярославская область открыла новую страницу в своем развитии.

Тема этого года – «Современное государство в эпоху социального многообразия». Для России это одна из самых актуальных тем. Один из участников предстоящего форума Майкл Хадсон поставил вопрос: какой уровень бедности объясняется объективными экономическими причинами, а какой – является результатом недальновидной политики государства, которой можно было бы избежать? Как бы вы могли на него ответить?
Для обсуждения проблемы бедности нужно определиться с понятийным аппаратом. Черта бедности – это уровень доходов, который определяет возможность человека обеспечивать себя и свою семью базовыми материальными ресурсами – продуктами питания, товарами первой необходимости, жилищем, одеждой, а также удовлетворять свои основные социально-культурные потребности. Определенное неравенство неизбежно, но важно, чтобы не происходило социальной и экономической поляризации. Все слои населения должны обладать необходимыми для полноценной жизни ресурсами и иметь возможность самореализации в обществе, а государство – предоставлять им соответствующие стандарты, гарантирующие определенный набор и уровень услуг. Потому что именно люди – главное богатство любого государства. И Ярославской области, в частности.

Бедность – явление системное, зависящее от качества управления экономикой. Соглашусь с профессором Хадсоном в том, что наилучшим путем нивелирования бедности выступает разумная налогово‑бюджетная политика и инфраструктурные инвестиции для стимулирования экономического роста. Мы в Ярославской области идем именно таким путем. И, кстати, выносим на дискуссионные площадки политического форума вопросы качества и эффективности управления и его влияния на успех деятельности государства и бизнеса. Обсуждение этой проблематики уже активно ведется учеными и экспертами, а проект получил название «Ярославская инициатива».

В этом году форум будет проводиться уже в третий раз. Что город получил от его проведения? Какой положительный эффект?
Ярославль признан одним из трех городов России, где проходят важнейшие, наиболее представительные международные форумы. В Санкт-Петербурге – экономический, в Сочи – инвестиционный, а у нас – мировой политический. По сути, это – высочайшего качества реклама как на российском, так и на международном уровне. Масштабное продвижение города как крупного туристического и делового центра.
Можно ли проводить прямую параллель между форумом и приходом в наш город крупных иностранных инвесторов?

Здесь хотелось бы сказать о двух важных вещах. Во‑первых, как мы все понимаем, приход инвестиций в регион – не следствие одной причины. Это большая и многоплановая работа. Мы поддерживаем инвесторов во многих, самых разных направлениях – от методической и информационной поддержки до, например, применения льготных форм налогообложения и помощи в предоставлении земли для новых производств. Поэтому, если предположить существование прямой линейной зависимости «международный форум – активность инвесторов», она, конечно, будет слишком простой, не отразит всего множества переменных, влияющих на приток денег и технологий в область.
Но, с другой стороны, эта зависимость не является и неправдой. Мировой политический форум в Ярославле – это резкое повышение известности Ярославской области и создание надежной репутации региона. Здесь, если хотите, происходит своеобразный имиджевый трансфер. «Только регион с высоким уровнем экономики, образования и безопасности может быть инициатором и успешным организатором глобального международного мероприятия, где обсуждаются важнейшие проблемы современности» – вот установка аудиторий, демонстрирующая качество восприятия форума в Ярославле.
Не будем забывать и о том, что только в прошлом, 2010 году, на форуме работали больше 400 журналистов из 165 средств массовой информации со всего мира. И в каждом телерепортаже, в каждой газетной статье, в каждой новости на лентах информагентств звучало слово «Ярославль». Присутствие первых лиц государств и ведущих российских ньюсмейкеров тоже не стоит сбрасывать со счетов. Поэтому, думаю, значение этого мероприятия для продвижения бренда региона не следует недооценивать.

В каких направлениях развивается регион, и чем он может быть привлекателен для крупных инвесторов?
Начну с очевидных и известных, в принципе, вещей. Ярославская область очень выгодна с точки зрения географической и транспортно-логистической доступности. Регион имеет сбалансированную структуру хозяйства, отличается высоким уровнем индустриального развития, обладает качественными трудовыми ресурсами и отличной базой для подготовки и переподготовки кадров. Однако эти плюсы надо уметь использовать. Это лишь основа, которая сама по себе не откроет русла для финансовых рек, не построит десятки заводов.

Инвесторов нужно привлекать и принимать. Уверенно говорю, что нам удалось построить внятную систему поддержки инвестиционных проектов и их привлечения. В области одно из лучших в стране законодательств о государственно-частном партнерстве, обеспечивающих гарантии бизнеса и государства в рамках инвестиционной деятельности. Из режима «придите кто-нибудь» и стояния с пыльным караваем у шоссе мы перешли к целевому инвестиционному проектированию. Приоритеты – отрасли, в которых мы традиционно обладаем сильными компетенциями, а также новые, уникальные направления экономики, которые обеспечат синергию с традиционными.
Материальное воплощение эти идеи получают в кластерном подходе, в создании индустриальных и технопарков. В прошлом году, например, завершился процесс создания парка «Новосёлки». Здесь уже работают заводы «Комацу» и «Астрон», строит свое производство компания «Никомед». В соответствии с планом развития площадки, в «Новосёлки» будет привлечено еще 5–6 резидентов.

В промышленном парке «Гаврилов‑Ям» готовы площадки для прихода двух московских компаний, которые инвестируют в проект более 1 млрд. рублей. В Переславле-Залесском совместно с индийской компанией «Ультра Девелопмент Лтд» ведутся разработки инновационных приборов и материалов, в изготовлении которых применяются нанотехнологии. Когенерационная станция на 50 мВт положит начало развитию технопарка в Тутаеве. Сюда также будет направлено более миллиарда рублей.

Развитие индустриальных парков мы поставили в приоритет. Это, во‑первых, позволит развиваться области в направлении инновационных, интеллектуальных услуг и высокотехнологичного бизнеса, что более перспективно в прогностическом плане. И, наконец, парки – это, образно говоря, «инъекции жизни» для моногородов. Рабочие места, налоги, развитие социальной сферы.
Можно много говорить и о других инвестиционных проектах. Сейчас их уже более 50.

Сейчас Ярославль называют фармацевтической столицей России,  несмотря на то, что эта отрасль является новым сектором для региона. Какие условия и ресурсы для ее развития уже есть? Почему именно этот кластер считается в нашем регионе наиболее перспективным?
Фармацевтика, с одной стороны, является как раз новой, высокотехнологичной и очень перспективной отраслью, развитие которой гарантирует долгосрочную и серьезную активность инвесторов. С другой стороны, Ярославская область имеет очень сильное конкурентное преимущество именно для направления, которое критично зависит от высококвалифицированных кадровых ресурсов. Речь идет о великолепной системе профессиональной подготовки, сложившейся в регионе. Это Ярославская Государственная медицинская академия, Ярославский Государственный технический университет, Ярославский Государственный университет им. Демидова, Ярославский Государственный педагогический университет.

И здесь уже идет серьезная, интересная работа. Активно развиваются совместные программы подготовки ярославских специалистов для фарминдустрии с компаниями «Р-Фарм», «Никомед», «Новартис», Медицинским университетом из Японии (г. Каназава). Мы строим многоуровневую систему подготовки – от технических специалистов до ученых-исследователей. Это позволит приходить на открывающиеся предприятия ярославского фармацевтического кластера именно местным специалистам. Специалистам разных уровней и специализаций, поскольку кластер будет включать всю цепочку – от исследований, разработки и производства препаратов до контроля качества и сертификации лекарственных средств.

К 1000‑летнему юбилею в Ярославле была проделана огромная работа. На подготовку к празднованию было выделено более 24 миллиардов рублей из бюджетов разных уровней и внебюджетных источников. Какие еще ресурсы удалось привлечь региону под эгидой 1000‑летия? Что получил город под бренд 1000‑летия?
Давайте я буду сейчас лаконичным. Просто назову вещи и приведу цифры, в которых 1000‑летие – лишь одна из вех развития Ярославской области.
Больше 130 млрд. рублей инвестиций в Ярославскую область только за 2008–2010 годы, десятки инвестиционных проектов. Как минимум 10 новых важных социальных объектов в областном центре (в том числе перинатальный центр, планетарий, обновленная Стрелка и Волжская набережная, новые гостиницы). Реконструкция Московского проспекта, ремонт проспекта Фрунзе и множества улиц в центре города, а так же новый мост через Которосль. Реставрация 83 объектов культуры. Капитальный ремонт 503 зданий, ремонт 275 фасадов нежилых и 228 фасадов многоквартирных домов. Капремонт 786 домов жилого фонда. Новая трибуна и новый газон на стадионе «Шинник».

1000‑летие стало не только имиджевым, но и инвестиционным прорывом региона. Теперь самое главное – не растерять полученный потенциал и в полной мере использовать этот «драйв 1000‑летия».

По количеству гостиничных мест на душу населения мы теперь опережаем даже Москву. Какие перспективы вы видите? Какое место должен занять Ярославль на туристической карте России?
Да, вы правы. По обеспеченности гостиницами мы приблизились к мировым стандартам, кстати, пока единственные в России. (В Ярославле на тысячу жителей приходится 5,77 гостиничного номера, аналогичный показатель Москвы достигнет планки в 2,5 номера только к 2013 году). Это, кстати, один из объективных результатов 1000‑летия. Результат, который можно, что называется, «потрогать руками». Но этого недостаточно…

Начнем с того, что потенциально область – настоящая туристическая Мекка. У нас столько великой истории, столько блестящей культуры и неповторимой природы, что, казалось бы, и делать ничего не надо: турист сам поедет и повезет деньги. Но если бы это было так! Ранее мы говорили о том, что надо искать, приглашать и качественно принимать инвестора. Иначе он просто не придет. Но турист – тот же инвестор, к которому надо идти с тем же лекалом. Матрешками и речными красотами современного путешественника уже не заманишь. А конкуренция высока – ЦФО богат на регионы с хорошим туристическим потенциалом. Соседи не стоят на месте, и, если не заниматься развитием и продвижением этой отрасли здесь, за несколько лет можно безнадежно отстать, растерять то, что есть сейчас и упустить новые возможности.

Поэтому в области принята целевая программа развития туризма и отдыха, охватывающая 2011–2014 годы. Поставлены конкретные количественные цели, обозначены пути их достижения.

Что нужно? Нужна современная туристская инфраструктура, нужна эффективная система продвижения бренда, повышения его известности, информирования целевых аудиторий. Необходима нормативно-правовая база, которая будет регулировать развитие туризма, требуются яркие событийные проекты, направленные на разные категории туристов. Нужен обновленный продукт с продуманным соотношением цена/качество, новым содержанием и правильным позиционированием!

Теперь немного о целях. Мы стремимся стать одним из главных туристических регионов центральной России и принимать ежегодно больше 2 млн. человек. Свыше 13 тыс. жителей области могли бы быть занятыми в сфере туризма. Серьезно должно возрасти качество предоставляемых услуг. Доля доходов от отрасли в структуре в валовом региональном продукте должна достичь 2,5 %, а ежегодный объем туристических и гостиничных услуг – составить 3,5 млрд. рублей.

В Ярославской области в последние годы проделана колоссальная работа. Опираясь на достигнутые результаты, мы активно идем вперед. Пришло время для новых амбициозных решений. Главная цель нашей работы: Ярославская область должна быть в десятке лучших регионов России по уровню и качеству жизни людей и экономическому развитию. Поэтому работы предстоит много!

Он носит имя деда, легендарного наркома иностранных дел Вячеслава Молотова. Он с детства знает, что такое жизнь в семье опального государственного деятеля. Но и с тем, как вертятся жернова истории, по собственному признанию, знаком немного лучше других. Он – медийное, узнаваемое лицо, эксперт, к мнению которого прислушиваются не только в России, но и за рубежом. Ну и, наконец, он – человек, получивший блестящее образование, обладающий энциклопедическими знаниями. Наш собеседник – Вячеслав Алексеевич Никонов.

Вячеслав Никонов
президент фондов «Политика», «Единство во имя России», исполнительный директор фонда «Русский мир», главный редактор журнала «Стратегия России», декан факультета государственного управления Московского государственного университета.

Родился 5 июня 1956 г. В 1978 г. окончил исторический факультет МГУ. После окончания вуза работал на кафедре новой и новейшей истории факультета. В 1989 г. стал самым молодым доктором исторических наук в СССР. 1989–1991 гг. – инструктор, заведующий сектором идеологического отдела ЦК КПСС. С 1991 г. – помощник руководителя аппарата Президента СССР. С 1992 г. – советник департамента политических и межнациональных проблем Международного фонда экономических и социальных реформ, преподавал в Калифорнийском технологическом институте (США). В 1993 г. избран в Госдуму РФ по федеральному списку Партии российского единства и согласия (ПРЕС).
1997–2001 гг. – член политического консультативного Совета при Президенте РФ, Комиссии по правам человека при Президенте РФ, экспертного совета Комиссии при Президенте РФ по противодействию политическому экстремизму.
2006–2009 гг. – член Общественной палаты РФ, руководитель комиссии по международному сотрудничеству и общественной дипломатии.

Вячеслав Алексеевич, в сентябре в Ярославле в ходе мирового политического форума, центром дискуссий вновь станет современное государство, на этот раз под углом социального многообразия. С чем, на ваш взгляд, связан такой подход к обсуждению темы?
В какой-то момент многим на Западе и в нашей стране показалось, что история закончилась, и мир стал плоским. Что одна модель развития общества победила, что эта модель стала универсальной, что в мире задает тон растущий средний класс с одинаковыми ценностями, интересами и потребностями. И что мир состоит из отмирающих государств, идущих по одному пути. Но выяснилось, что все это не так, что история не закончилась, а, наоборот, ускорилась, причем таким образом, что центр ее тяжести стал смещаться с Запада на Восток, из мира развитых стран в мир развивающихся стран, к которым, кстати, относится и Россия. Плавильный котел, который должен был создать единое человечество, на самом деле работает плохо. Национальные особенности имеют все большее значение для людей, а такие понятия, как китайская модель развития, бразильская модель, даже казахстанская модель и российская модель, становятся вполне нормальными. Кроме того, выясняется, что политика мультикультурализма, которая, с одной стороны, выдвигает единство наций, а с другой – подчеркивает, что там может существовать многообразие этничностей, тоже не вполне работает. Европа, которую начали захлестывать волны исламской иммиграции, вынуждена была признать, что политика мультикультурализма себя не оправдала, что мы сейчас и видим. Один из последних примеров – Норвегия.

Но почему в таких крайних формах, как экстремизм и терроризм, выражается неприятие существующего государственного устройства?
Дело в том, что терроризм всегда связан с идеологией. И когда возникают идеологии, говорящие, что другого способа нет, как идти и убивать, это происходит. Знаете, где родился терроризм? В России. Народники, народовольцы – именно они и породили террор. Они считали, что других способов борьбы с царским режимом быть не может. Надо только убивать всех его представителей. Чем это все закончилось, вы тоже знаете. Та же самая Аль-Каида была выпестована для борьбы с СССР спецслужбами ряда государств – США, Саудовской Аравии и Пакистана. Они должны были породить на свет людей, которым было предписано убивать мусульман, сотрудничавших с СССР, то есть тех мусульман, которые служили неверным, согласно их идеологии. Хотя в самом исламе убийство мусульманина, мягко говоря, не приветствуется. В Европе террор тоже всегда существовал. Был и левый террор, ирландский, баскский, террор «красных бригад» в Италии. Это не ново.

К сожалению, в западном обществе по-прежнему живы нацистские идеи. Норвегия тому подтверждение. Хотя как тут не вспомнить немецкий анекдот времен фашистской Германии: «Настоящий ариец должен быть таким же блондином, как Адольф Гитлер, таким же стройным, как Геринг, таким же высоким, как Геббельс, и иметь фамилию Розенберг».

Часто можно слышать мнение, что России нужно учиться у других стран. Как вы думаете, можем ли мы сами чему-то научить мир, ведь Россия – государство, которому всегда было присуще социальное многообразие?

Здесь я бы разбил ваш вопрос на 2. Первый: насколько мы действительно культурно многообразны? В культурном отношении мы действительно весьма многообразная страна. У нас 4 религии, которые считаются историческими. Количество наций и народностей после распада Советского Союза выросло: их было 132 по советской переписи, а по последней переписи уже значилось 186. Начали появляться откуда-то нации и народности, которые раньше оказывались внутри других. Но есть страны, которые являются гораздо более культурно разнообразными. В Китае официально народностей 56, но на самом деле больше 250. В Индии официальных народностей порядка 420. В Индонезии число народностей приближается к 600, а в Папуа Новой Гвинее – к 700.

С другой стороны, Россия на протяжении многих веков при всех обвинениях в русификаторстве давала пример толерантности. У нас никогда не проводилась политика уничтожения каких-то наций, завоевания территорий через полное уничтожение людей, которые там проживали. Мы не делали ничего такого, что западные державы делали в Африке, мы не занимались работорговлей. Когда в 1776 году провозглашалась независимость Соединенных Шатов, население первоначальных 13 штатов составляло 2,5 млн., а индейское население – более 6 млн. человек. От них почти ничего не осталось. Когда испанцы пришли в Мексику, ацтекское и другое население этой территории составляло порядка 20 млн. человек. Через 30 лет оно сократилось до 9 млн. Исчезла огромная империя инков, которая по своим размерам, если брать для сравнения наш континент, простиралась от Москвы до Красноярска. На острове Танзания последний туземец был убит еще в 1804 году. Ничего подобного в России не было, несмотря на зверства царского и советского режимов. Все народности сохранились, и их количество даже увеличивается.

Помню, еще работая в Общественной Палате, я привез в Салехард участников постоянного Совета ООН по делам малочисленных и коренных народов. Кстати, там, в Салехарде, выходит телепередача на 4 языках коренных народов. Такого вообще нет нигде на планете в принципе. Так вот завершение мероприятия, как принято, отметили. После него представители Совета ООН, делясь со мной впечатлениями, сказали, что никогда не слышали, чтобы «колонизаторы» и представители народностей пели одни и те же песни.

При этом одной из самых популярных тем последних лет остается поиск Россией своей национальной идеи. Может ли наша страна ее обрести, в чем она должна состоять, на ваш взгляд?
Исторически у нас в стране было 3 национальных идеи. Первая – «Москва – Третий Рим» – была сформулирована старцем Зосимой и митрополитом Филаретом после падения Византийской империи. Она гласила, что мы являемся наследниками великих христианских цивилизаций. Ее целью было создание крупнейшей христианской страны. И она была реализована. Потом появилась идея триединства самодержавия, православия и народности. Третью – «Коммунизм – светлое будущее всего человечества» – мы предлагали уже всему миру. Очевидно, что сегодня ни одна из этих идей не может сплотить нацию. При этом она должна быть. Но это не то, что рождается снизу, то, что изобретает народ, идея формулируется сверху.

Как правило, национальные идеи довольно просты. Например, американская идея выражается в таких лозунгах, как: «Град на холме», «Американская исключительность», «Америка – маяк для всего человечества», «Страна равных возможностей». Что такое национальная идея Франции? «Величие Франции». В России национальная идея может, по моему убеждению, родиться из таких понятий, которые действительно ей очень близки. Это свобода, справедливость, достоинство, равноправие, вера, честь, совесть.

Если можно, в двух словах о том, почему возникла необходимость создания Фонда «Русский мир», руководителем которого вы являетесь?
Если в двух словах, то за последние 20 лет число людей, говорящих в мире на русском языке, сократилось на 50 млн. человек. Ни один язык на планете не исчезал столь стремительно и фундаментально. Уходили поколения бывшего СССР и Восточной Европы, которые поголовно владели русским языком, но они сменились поколениями, которые не знают русского языка. Конечно, создание фонда не решает всех проблем, связанных с русским языком на планете, но кое-что нам уже удалось сделать. Счет центров, кабинетов, уголков русского мира идет на сотни на планете. Мы работаем практически в сотне государств, и особенно активно на постсоветском пространстве, где проблемы наиболее остры. Продвижение русского языка, культуры – вот смысл нашей деятельности. Кстати, за пределами России количество людей, говорящих по-русски, все еще больше, чем количество людей, живущих в России. И за это надо бороться.

Но в самой России проблем с русским языком не меньше, работаете ли вы внутри страны?
Действительно, проблем не меньше, особенно если заглянуть в Интернет. Мы работаем не только за рубежом и поддерживаем не только Международную ассоциацию преподавателей русского языка и литературы. Например, трудимся над проектом создания нормативного словаря русского языка. Я считаю, что такой словарь должен быть один, единый. Их не должно быть несколько, как сейчас. Ни к чему хорошему плюрализм в учебниках русского языка не привел. Мы их насчитали порядка 70. Зачем их столько, не понимаю. Помимо единого учебника, должны быть только какие-то учебники, учитывающие специфику национальных образований. И еще одно мое глубокое убеждение: нужно обязательно вводить квалификационные экзамены по русскому языку для государственных служащих.

Продвижение русского языка, культуры наверняка пересекается с такой проблемой, как имидж, восприятие России в других странах. Взять хотя бы бытовые примеры – то, как отдыхают многие русские за рубежом. Меняется ли, на ваш взгляд, имидж России в лучшую сторону или наоборот?
То, как русские отдыхают, – далеко не главный фактор, влияющий на имидж России в мире. Многие видели, как отдыхают англичане или те же немцы. Проблему нужно разделить на 2 большие части. Есть та часть планеты, в которой у России хороший имидж. Это большая часть. И есть страны, где у России не очень хороший имидж. Это, в основном, западные страны и их союзники. Причем имидж России, например, в Южной Европе гораздо лучше, чем в Северной. Проблема здесь в значительной степени – историческая, политическая и культурная. В чем корень противоречий? Здесь можно говорить о религии. Ватикан занимается Россией довольно плотно на протяжении последнего тысячелетия, видя в ней заблудшую овцу. Можно говорить и о культуре.

Один мой канадский друг, который много лет прожил в Москве, работая в посольстве, написал статью, в которой доказывал, что главная проблема русских в глазах других людей на Западе состоит в том, что русские – белые. Если бы мы были зелеными, буро-малиновыми, в крапинку, таких проблем бы не было. Русские – белые, и от нас ждут тех же реакций, что и от западных людей. Но мы другие, у нас вера другая, у нас психология другая. Мы в их глазах просто «неправильные» белые, которых все пытаются лечить, направить на путь истинный. Поскольку лечению мы не поддаемся, то признаемся безнадежными в этом смысле, отсюда большое раздражение, культурный диссонанс. Плюс, конечно, нас считают конкурентами. Мы же все-таки великая держава, несмотря ни на что.
Парадоксально, но от нас мало что зависит в таком восприятии русских. Если вы прочитаете газету Times столетней давности, то обнаружите то же самое, тот же стереотип.
Русские в Прибалтике. Большинство русских там не имеют гражданства, это ненормальная ситуация в цивилизованном мире. Как вы смотрите на эту проблему?
Для местной титульной элиты противопоставление России было элементом строительства собственного государства. Именно так себя элита позиционировала, считая себя наследницей того короткого 20‑летнего периода в истории, когда прибалтийские государства были независимыми, до 1940 года. Вся остальная история была вынесена за скобки, хотя мы знаем, что они были в составе Российской империи задолго до 1917 года, и Россия внесла большой вклад в развитие этих регионов. Отношение к русским можно рассматривать как исторический реванш. Особенно это касалось Эстонии и Латвии, где русские были лишены гражданских прав, были отодвинуты от всех значимых должностей и не имели права голоса. Это, безусловно, порочная практика, противоречащая всем нормам международного права, с которой нужно бороться.

В то же время русские в последние годы начинают больше организовываться, все больше русских получают гражданство, участвуют в политическом процессе. Пример мэра Риги Нила Ушакова всем известен. То есть влияние русских становится все сильнее.
Что касается русского языка, то он сначала бы вытеснен из системы школьного образования по максимуму, а сейчас возвращается, как и в другие страны Восточной Европы. Потому что знание русского языка – это конкурентное преимущество, и это все понимают. Если человек не знает русского языка, у него возможностей устроиться на работу, к примеру, в Латвии, гораздо меньше. Сами прибалты стали изучать русский язык. Более того, до сих пор в Латвии количество людей, говорящих по-русски, больше, чем количество людей, говорящих по-латышски.

И еще один вопрос, который наверняка будут обсуждать на форуме, касается Ближнего Востока. Какие процессы там происходят, и как они сказываются на России?
Процессы на Ближнем Востоке очень разные. Они разнонаправлены. На арабский Восток пришел модерн, тот, который в свое время вызывал революции в Европе, начиная с французской и дальше. Судя по всему, сначала был просто социальный протест. Первые кадры, которые я увидел, были тунисские. У нас об этом тогда еще вообще ничего не говорили. Я же наблюдал эту ситуацию, будучи в Африке. Меня поразило обилие маек с портретом Че Гевары на участниках первых протестов. Первые арестованные там были лидерами компартии. Это не обычные перевороты, которые проводились раньше в арабских странах и которые возглавляли либо военные, либо исламисты, либо западные ставленники. Это была внутренняя логика. Та же самая логика наблюдалась в Египте, Алжире, Йемене, Иордании. В Бахрейне была другая логика, и связана она была с расколом между представителями двух религиозных веток ислама – суннитами и шиитами.
Ситуация в Ливии и Сирии представляется мне в другом ключе. Там, судя по всему, изначально серьезным было внешнее вмешательство через поддержку и вооружение отдельных оппозиционных, причем, в основном, исламистских групп. Конечная цель – контроль над ресурсами. Нефть здесь тоже всегда играла и играет большую роль. В Ливии до начала противостояния порядка 18% нефтяных активов принадлежало Китаю, что тоже не могло нравиться западным странам. Сегодня нестабильность ситуации на этой территории земного шара влияет не только на туристов, но и на тех, кто там имеет бизнес. В целом идет хаотизация. Следствием революции будет затяжной кризис, не только политический, но и экономический.

Что касается России, то она несет прямые потери от всей этой ситуации, причем по всем параметрам. В той же Ливии одномоментно сумма потерь от сорванных контрактов на поставку вооружения составила 4 млрд. долларов, в перспективе – 8 млрд. Для российской внешней политики это сложная ситуация, в которой трудно найти хорошее решение.

Текст: Михаил Чирков | Фото: Сергей Киселев

Мировой политический форум в Ярославле стал уже традиционным глобальным мероприятием, открывающим новый политический и деловой сезон для истеблишмента большинства государств планеты. На нем обсуждаются острейшие проблемы, в интеллектуальных схватках сходятся сторонники разных точек зрения, рождаются конкретные предложения по всеобщему развитию. Форум, безусловно, стал визитной карточкой не только Ярославля, но и России. Но немногие знают, что идея его проведения принадлежит одному человеку, нашему земляку. Это Михаил Юрьевич Мизулин.

МИХАИЛ МИЗУЛИН
Директор Центра «Высшая школа управления» Российской академии народного хозяйства и  государственной службы при Президенте Российской Федерации.
Родился 10 января 1955 г. в Вологодской области. С 1962 по 1972 г. учился в школе № 74 г. Ярославля. Окончил факультет истории и права (отделение правоведения) ЯГУ им. П. Г. Демидова в 1977 г., аспирантуру ЯГУ в 1981 г.; 1977-1978 – научный сотрудник, 1978-1981 – аспирант, 1981-1985 – ассистент, 1985-1989 – доцент кафедры философии ЯГУ.
1991-1995 – декан факультета социально-политических наук ЯГУ, председатель Центра региональных исследований и информации; 1996-1998 – научный сотрудник, 1998-2000 – доцент кафедры философии и культурологии ЯГУ; 2000-2008гг. – доцент кафедры политологии и политического управления Российской Академии государственной службы при Президенте РФ.
Область научных интересов – власть и право (политология права).

Михаил Юрьевич, как возникла идея форума и почему именно в Ярославле?
Можно сказать, что к кристаллизации идеи привела цепь событий и встреч. В октябре 2006 года по приглашению депутата Госдумы России Владимира Плигина и главного редактора журнала «Эксперт» Валерия Фадеева я участвовал в Пермском политическом форуме. Практически сразу после этого мероприятия вступил в интересную полемику с известным политологом Андроником Миграняном на тему, связанную с государством и системой центров власти. И фактически в это же «октябрьское время» 2006 года, приехав по приглашению сенатора Геннадия Бурбулиса в Совет Федерации на Экспертный совет по методологии реализации конституционных полномочий Верхней палаты парламента, я увидел стенд «Ярославская область – 1000 лет Ярославлю». Там перечислялись важные, но очень приземленные планы, типа замены ветхого жилья на Красном Перекопе. В моей индивидуальной ментальности, в то время в своем пределе сконцентрированной на осмыслении онтики (сущности) российской власти и ее институтов, такой план 1000‑летия Ярославля крайне занижал и упрощал картину предстоящего для города и страны события. Произошла творческая «вспышка-озарение»: нужен не политический, а государственный форум в связи с 1000‑летием города Ярославля, нужно переосмысление и реконструкция действующей и созданной российской государственности. Так родилась идея провести государственный форум, на котором «через дату» необходимо выработать образцы современного государственного мышления.

Дальше история с идеей форума нашла интересное продолжение, и вы даже получили патент…
Действительно, так. Сначала по совету юристов получил свидетельство об авторстве, зарегистрировав его в Российском авторском обществе. Но на этом не остановился. Известный в стране общественный деятель Михаил Федотов, бывший министр печати, ныне советник президента по институтам гражданского общества, порекомендовал оформить патент. Он пояснил, что в нашей судебной практике не было случая, когда иски по нарушению авторских прав принимались от гуманитариев. Патент же предполагает некоторую техническую составляющую в виде товарного знака. Именно он и подлежит защите по нашему законодательству, а не идея.
Далее, по совету декана факультета Церковных художеств Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета, настоятеля храма Воскресения Христова в Кадашах, отца Александра Салтыкова мы с художницей Ксенией Лариной разработали символ, олицетворяющий следование власти принципам справедливости и порядка. Батюшка этот символ благословил. Буквально за 10 дней да начала первой международной конференции «Современное государство и глобальная безопасность» в Ярославле Роспатент сообщает мне о том, что я являюсь единственным правообладателем товарного знака «Государственный форум имени Ярослава Мудрого». Патент на товарный знак выдан и действует на территории России до 2018 года.

Власти поддержали вашу идею?
Не сразу. Мэру Ярославля Виктору Волончунасу она понравилась, он ее поддерживал, как мог, но сказал, что статус мероприятия должен быть выше муниципального уровня. На областном уровне предложение затерялось у помощников тогдашнего губернатора Анатолия Лисицына. После назначения губернатором Ярославской области Сергея Вахрукова мои коллеги и я в апреле 2008 года провели экспертный семинар в Ростове Великом, на который пригласили губернатора и изложили задуманное. Идея Сергею Алексеевичу понравилась. И так получилось, что у него вскоре должна была состояться встреча с новоизбранным президентом Дмитрием Медведевым. Не совсем этично до инаугурации было обсуждать с новым главой государства эту тему, но эксперты в один голос сказали губернатору: «Сергей Алексеевич, рискуй!». И он рискнул. Президент одобрил. Тем самым «звезды сошлись». Такое бывает очень редко, я и себя чувствую счастливым человеком. Это действительно настоящая творческая удача.
Проведение форума в Ярославле очень сильно работает на имидж Ярославля и России. Как сказал министр иностранных дел Сергей Лавров, выступая на нашем традиционном семинаре обучения губернаторов, «на крыльях Ярославля нужно дальше двигаться». Как оказалось, в министерстве давно зрела схожая идея. В итоге, это уже сейчас достаточно очевидно, сплелось много факторов, в том числе кризис 2008 года, до которого все занимались бизнесом, и никто не хотел слышать про государство. Потрясающий успех состоит в том, что теперь форум проходит с участием президента и знаковых международных политических фигур. В этом году гостями мероприятия будут президент Турции, канцлер Германии. Ранее приезжали премьеры Италии, Испании и Франции, президент Южной Кореи, представительные государственные делегации США и Китая. Это колоссальное достижение и Администрации Президента, и МИДа, и Правительства Ярославской области.

А формат проведения форума оправдан делением на теоретические и практические секции?
Абсолютно. Форум, как вы знаете, проходит по такой схеме: на 2–3 дня съезжаются теоретики-политологи. Экспертов, которые понимают, что такое государство, и в мире, и в стране очень мало; людей, транслирующих государственное мышление, тоже очень мало, а людей, которые про это еще и мыслят, еще меньше. Дальше приезжают практики. У них совершенно другое представление о том, как «живет государство». И вот эти 2 группы сталкиваются друг с другом. В третьем шаге те же теоретики говорят в своем кругу: «Все, что мы говорили первые 2 дня, нам нужно за год опять переосмыслить». В результате появляются специалисты, которых во всем мире называют «мастер государственного управления» (Мaster of Public Policy) и которые управляют не реальным, постоянно развивающимся политическим процессом, а обдумыванием этих процессов. Это называется «управление докладами», или «управление текстами». Пишутся доклады о том, сколько стоит государство, есть в нем право или его нет, что происходит с гражданами этого государства и что такое современное гражданство как таковое.
Недавно вице-премьер Дмитрий Козак назвал сумму содержания российского бюрократического аппарата вместе с государственными и муниципальными служащими – 328 млрд. рублей в год. Это много или мало? Целесообразна такая цена или нет для российского государства? Вообще, оно есть или его нет? Оно меня или вас, как частное лицо, когда наступит война или когда в мой дом, не дай Бог, придет преступник, случится пожар, – спасет? Неизвестно. Вся ситуация наша отличается от европейской тем, что там точно знают, сколько стоит государство и спасет оно или нет. Хотя лондонские, и не только лондонские, события июля-августа показывают, что и там, где все когда-то считалось отлаженным, вдруг возникают абсолютно непредсказуемые ситуации с государственным управлением. Оно не срабатывает там, где его спасительная миссия должна быть без всяких скидок и оговорок фактом предотвращения злодеяний.

Что такое в вашем понимании государство и современное государство?
В моем понимании современное государство – это оператор общих, а не частных, систем. Ядро операциональности составляет государственный суверенитет.
В 2007 году на Валдайском форуме Владимир Путин сказал очень важную вещь: «Суверенитет государства – вещь дорогая, не многие страны могут себе это позволить. Будет суверенитет у России – будет страна, не будет суверенитета – не будет России».
По данным наших исследовательских замеров, российский суверенитет есть, но уровень его крайне низок. Выражаясь простым математическим языком, он есть на одну треть от необходимого стране, остальные две трети суверенности «где-то прячутся», не просчитываются, либо их вообще нет. Государство как оператор общих систем – это не частная институция, оно не может регулироваться нормами частного права. Это институт публичный, это институт общественного действия. К общим системам относятся финансовые, налоговые, вооруженные системы, службы безопасности. Можно сюда добавить судебную, административную и парламентские системы, систему образования и культуры. Где-то 7–8 систем – это и есть государство. Поэтому и лицо, которое работает в государстве, – не частное по своей природе. Все частные комплексы, инстинкты, пожелания отсутствуют у этого лица. Оно, государственное лицо, мыслит и действует в интересах нации, интересами общей системы. Кстати, может быть, все публичные институты, включая государство, следует называть не юридическими, а государственными лицами. Почему бы и нет?

В своей монографии «Философия политики: власть и право» вы определяете несколько вариантов (аксиом) состоянии власти, права и государства. Каково, на ваш взгляд, сегодняшнее состояние этих категорий и реалий в России?
У меня в прошлом году родилась новая аксиома, характеризующая это состояние. Сегодня мы имеем «Государство EGO», но не фрейдистское «еgo», а частно-корыстное. Федеральный Закон № 94 и Гражданский Кодекс РФ позволяют государству быть участником гражданско-правовых, в этом смысле частных, отношений. Давайте оттуда его изымем и сделаем субъектом не частного, а публичного права. У нас же в 83 субъектах федерации и в 113 министерствах, агентствах и службах и в 24000 муниципальных образований находятся сотни тысяч «игроков‑служащих». Они находятся как бы внутри государства и борются друг с другом и друг против друга как пауки в банке за финансовые ресурсы. Где здесь быть публичной позиции? Ее просто быть не может по определению. При этом страдают частные интересы граждан, и с каждой минутой, я это чувствую, «тает» функция государственного публичного управления. Ржавчина коррупции становится тотальной политической коррозией.
Мировое экспертное сообщество уже ввело такое понятие, как «недееспособное государство». Главный его критерий – это не управляемая коррупция и не контролируемая судебная власть. Швейцарские эксперты оценивают российские коррупционные потоки за последние 9 лет в сумму 427 млрд. долларов. Парламент принимает законодательство, согласно которому нас де-факто ранжировали как недееспособное государство, и всё назвали «конфискацией незаконных доходов политических лиц и их окружения». Такое же жесточайшее законодательство действует сейчас в Великобритании, в США – известный закон FCPA. Наступает предвойна юрисдикций и наступает потому, что мы никак не хотим определенности в вопросах размера, стоимости и границы государства и государственной власти как таковых.

В своих лекциях вы приводили пример того, что изучение политической науки в Австралии начинается с освоения основ этики и эстетики. Применимо ли это к России в отношении политиков и чиновников?
Действительно, там сначала 3 года изучают мир красоты и добра, а не безобразия и зла, классовой борьбы и конфликтов. Учат восприятию и воспроизведению прекрасного и должного. А затем коротко, в течение года, знакомят студентов с манипуляциями, техниками и технологиями о том, как обыграть оппонента, применить политическую силу или отказаться от нее. Людям, имеющим стержень должного и прекрасного, можно давать в руки «организационные технологи». Этим вопросом нужно заниматься серьезно и у нас. Недопустимо проявление частного интереса на государственной службе, как недопустимо девиантное, ненормативное, преступное поведение, потому что все это в совокупности приводит к дискредитации всей государственной системы. Недопустимо и преподавание образов безобразия и зла, которое, увы, имеет место быть во многих «образовательных учреждениях».
Например, сегодня меня не так страшит проблема коррупции, как это было еще год назад. Просто я понял, что проблема разрешима. На своих лекциях я читаю не юридический аспект государственного управления, а методики современных программ «Effective Compliance». Сегодня в мире поняли, что надо кончать «пилить доллар», крупный бизнес и государственные, в том числе правоохранительные структуры внедряют программы «Effective Compliance», которые ставятся всеми мировым бизнес-структурами и элитами для того, чтобы осуществлять контроль за персоналом, финансовыми потоками, информацией и системой в целом. Не так давно компания «Сименс» попала на штрафные санкции за взяточничество на 1,4 млрд. долларов. Теперь они ввели у себя в штат 600 специалистов. Но не в том понимании, которое существует у нас, когда как бы контролем управленческой документации занимаются бывшие сотрудники правоохранительных органов, а именно современные креативные специалисты, которые понимают, что такое движение финансов и современной информации. Создана новая институциональная форма роста национального капитала. Образно говоря, «ржавчину потенциальной и реальной коррупции» соскребают со всей системы. Очень стремительно в этом направлении движутся Швейцария, Германия, Испания, Великобритания, США и Япония.

Сколько же лет это займет в России?
Думаю, не один десяток лет, если этим заниматься. Если противодействием коррупции не заниматься серьезно, то не только нас, но и весь мир всегда будут ожидать непредсказуемые явления и финансовые катастрофы, причинно-следственную связь которых понять невозможно. Мы должны выработать инструмент адаптации и должны госслужащих адаптировать для работы на общую систему. Мир быстро меняется, нужна готовность к неопределенности. А сегодня, увы, мы не стали лучше учиться умению и навыкам держать норму, лучше применять правила мирового поведения. Многие до сих пор думают, что можно с большими деньгами и прошлой запятнанной репутацией где-то спрятаться. Не получится! И вообще, новый мир – это уже не деньги в их всемогуществе, это явно что-то другое, как, например, тренд «Effective Compliance».

Вы лично верите в идею модернизации или это очередной красивый лозунг?
Политик, находясь в эпицентре властного плацдарма, все время должен обыгрывать оппонентов, то есть предлагать такой проект, который не предлагают другие политики. Идея модернизации может быть отнесена к арсеналам такого политического действия. Весь вопрос: удержит ли политик реноме модернизации как стратегию своего политического действия, позволят ли ему это оппоненты? Модернизация – политический президентский проект Дмитрия Медведева. Объективно этот проект крайне нужен. Если мы не будем двигаться так, как движется большинство стран современного мира, то можем потерять страну, будет «дикое поле» или «большая территория». Нужно «идти на рывок», как говорят плотники, когда тащат бревна на конек строящегося дома. Иначе… Сами додумайте, что произойдет.

А само-то общество у нас есть?
Общество – это некоторая умозрительная конструкция, которую придумали в ХIХ веке для того, чтобы объяснить, что же происходит с историей. Социолог Никлас Луман говорит, что в современном мире это понятие можно заменить более простым и понятным рассуждением о том, что есть системы внешние и внутренние. И вся проблема состоит во входе и выходе из внешней во внутреннюю систему координат, и наоборот. Современный человек «заточен» на то, как войти и как выйти, например, в кино и из кино, в бизнес и из бизнеса, в дом и из дома, в страну или из страны. Коридоры его движения понятны. Правда, применительно к России многое непонятно, как непонятно, где у нас заканчивается ночное и начинается дневное время. В этом смысле мы находимся в очень неопределенном положении. У нас можно зайти там и туда, где в других системах давно стоит знак «стоп». Примером этого является российский уголовный процесс, где всем или многим никак не понятен выход или тот уровень власти, который может поставить жирную точку. Образно говоря, у нас большая проблема со знаками препинания… Мы никак не можем определиться, что мы считаем нормой сегодня, не можем удерживать норму, мы не умеем формулировать и правильно расставлять запреты и дозволения.
Вообще, государство отвечает за общественный порядок, чтобы были правила как регуляторы поведения, и нас на общественном пространстве не заносило, куда не следует. Например, все правила и знаки дорожного движения заносятся в GPS-навигаторы. Когда едешь в машине, они тебе известны и их хочется соблюдать. Давайте этот класс нормативистов формировать. Идея «формирования государственного мышления через Ярославль» в этом и состоит.
Рязань – это не Ханты-Мансийск, Калининград не Элиста, Хакассия не Дальний Восток, Сибирь не Урал, а Урал – это не Кавказ. Везде свои культуры и достаточно своеобразные правила и обычаи. Площадка для формирования мышления, сохраняющего частно-традиционное и общее-универсальное, была бы площадкой обмена суверенитетов этих субъектов. Давайте создадим эту площадку. Не по принципу ВДНХ, где колосья или молоко выставляют, что само по себе важно, а когда казанский, петербургский, нижегородский губернаторы могут рассказать, как они «держат» и укрепляют свои территории, формируют свои суверенитеты, что могут отдать на благо всей России, а что обязаны оставить исключительно у себя. Так, кстати, будет решена проблема и стоимости государства, и «лишних» людей в нем.

Как вы думаете, ожидает ли нашу страну очередное изменение политической системы в ближайшем будущем? Если да, то насколько кардинальное?
Наша политическая система не классифицируется по учебникам. Она достаточно точно смоделирована под наш бизнес первым заместителем главы президентской администрации Владиславом Сурковым и его единомышленниками. Каков бизнес, такова и политическая система. Надстройка в базисе и базис в надстройке одновременно.
6 мая этого года Владимир Путин сказал, что страна вступила в новый этап своего развития. Думаю, что это действительно так. В моем понимании – это новые формы капитализации и бизнеса, а следовательно, новые формы государственного контроля и права, состояний и проблем гражданского и не гражданского общества. Например, развитие страны без коррупции, с присоединением к правилам ВТО и организации содействия экономическому развитию, расширением возможностей институтов гражданского общества, к умению работать по международным стандартам и протоколам и создавать свои уникальные образцы. Как менять старую и переходить в этой связи на новую политическую систему – это отдельный вопрос. Ответ на него уже готовится многими политиками и их экспертами. Собственно, исходная идея форума как раз и состоит в том, чтобы сократить издержки неэффективного государственного управления, увеличить скорость государственного документооборота, показать лучшие мировые образцы государственного управления и адаптации его к постоянно меняющимся условиям. Мы должны осознать, что креативность политического мышления правит миром, а не базис бизнеса, что было пару столетий назад и частично продолжается сейчас. Общество «купи-продай» – это уже история.

Текст: Михаил Чирков | Фото: Сергей Киселев